Вероломство, любовь и гнев. Детективно-приключенческий роман

– Паханы мы, а он, в натуре, блат-каин, – ответил Цезарь тихо, обвиняя Кредо-Штильмана в скупке и торговле краденым, чем сам постоянно занимался, намереваясь обнести все зонтики от солнца, где беззаботно сидели отдыхающие для собственного удовольствия.

Так они и сделали, собрав в мешок мешанину из нескольких пар обуви, импортных джинсов, батников, зонт от солнца и даже термос с кофе, случайно забытый кем-то из отдыхающих на лавочке без присмотра.

– Навар будет, что надо! – сказал с упоминанием нецензурной речи, Костыль, бравируя своим произношением и подлой натурой, прячась за кустами, собираясь быстро исчезнуть с места преступления, внезапно заметив высокого, симпатичного парня, надевающего совершенно новый, джинсовый, летний костюм, купленный им или кем-то из его родственников заграницей.

– Откуда такой прикид? – Цезарь сходу спросил парня деланно жалобно, изображая глупенького, намереваясь выпытать, войдя в доверие, где люди достают новые, приличные вещи, а затем ограбить бедолагу.

– Купил в Турции на доллары, – вступил в переговоры студент театрального вуза, мечтавший разбогатеть на лоне Мельпомены.

– Продай или отдай нам на двоих. Мы же – ишаки, разделим всё поровну. У нас есть ручные гранаты и пистолет, – изображая шута горохового, сказал Костыль, угрожая расправой и террористическими действиями, то поднимая мешок с краденными вещами вверх, то опуская вниз, то размахивая свободной рукой как верёвкой, то приседая, то подпрыгивая, будто он хочет поймать муху в кулак, беспрестанно, фривольно двигаясь, собирая, как прачка сухое белье с вешалок, чужие, красивые, пёстрые и совершенно новые вещи тех, кто отправился прогуляться по берегу, чтобы охладиться, поплавать или искупать ребёнка.

– Отстаньте от меня, – рассердился парень здраво, задерживаясь около грибка-навеса с лавочкой, озабоченно и тщетно разыскивая свои новенькие полукеды, угодившие в тот же баул, благодаря ухищрениям Костыля, считавшего своим кровным долгом обнести каждого честного человека.

– Скоро у нас появится много травы на продажу. Сдадим оптом, а ты сможешь продавать по маленьким порциям. Получишь море денег. Все пропажи окупятся сразу, без лишних хлопот, – посочувствовал Цезарь, шантажируя и провоцируя нового знакомого, приминая ткань мешковины, чтобы оттуда не выглядывала, захваченная без разрешения, одежда ограбленных отдыхающих.