Записки бывалого кота

От матраса ее отделяло всего несколько метров, но как же здесь было хорошо! Пусик ликовал. Получилось! Но вдруг хлопнула дверь, и из дома вышла Айлин. Она несла Липе ужин. Увидев Липу на веранде, она всплеснула руками.

– И как ты сумела выбраться? Что я скажу твоему хозяину? Давай-ка назад.

И, подхватив лайку, она затащила ее обратно во флигель.

С этого дня Пусик стал часто заглядывать к Липе. Он возился рядом с ней на матрасе или спал, свернувшись у нее под боком. Ему было хорошо с Липой, тепло и спокойно. Чем-то она напоминала ему маму-кошку.

– А почему ты здесь живешь? – как-то спросила его Липа. – Ты кот Айлин или твой хозяин уехал и здесь ты его ждешь?

Пусик рассказал, как он сюда попал, но здесь ли его дом, он и сам не знал.

– Здесь я ем и думаю, как мне справиться с бело-рыжим котом, – ответил Пусик.

– Плохо, когда не знаешь, где твой дом, – задумчиво произнесла Липа.

Она вспомнила свой первый дом, старый и покосившийся, окруженный разросшимся яблоневым садом. Деревья уже давно никто не окапывал и не белил, не обрезал засохшие ветки.

Но сад будто не обращал на это внимания и не обижался, и почти каждую осень радовал живущего в домике старичка обильным урожаем сочных яблок с красными бочками, однотонно охристыми и ярко-желтыми.

Старичок часто разговаривал с лаечкой, называя ее Бедолажка, гладил, а когда было холодно, пускал в дом. Кормил ее, как он выражался, чем Бог послал (иногда просто хлебом с водой). Но однажды, когда Липа прибежала после прогулки по окрестностям, она увидела, что дверь плотно закрыта.

Она обежала дом с другой стороны и прислушалась. Тишина. Старичка явно нигде не было. Тогда Липа забилась под сарай и решила ждать. Утром в сад пришла соседка. Она положила в Липину миску остатки холодных макарон с сыром и плеснула в срезанную пластиковую бутылку воды.

– Что же теперь с тобой будет, Бедолажка? – со вздохом произнесла женщина.

Это прозвучало так горестно, что сердце лаечки сжалось, и ей стало очень одиноко и тревожно. И не только за себя.

Через месяц у нее родились щенки. Она устроила их в яме под сараем.

За месяц она привыкла к молчаливому пустому саду и закрытому наглухо дому. Соседи время от времени приносили ей еду, в основном остатки каши, вареную картошку, подгоревшие макароны, но иногда попадались обрезки колбаски или поджаристая куриная кожица. Жизнь кое-как наладилась, хотя лаечка очень скучала по ласковому дедушкиному голосу и его слегка дрожащей руке, поглаживающей ее голову и спину.