Мне нельзя тебя любить, оборотень

 – Пусть сделает следующее…

Себастьян

За дорогу до города задницу так растрясло, что она прямо гудела, когда я спрыгнул с телеги около дома священника. Как же приятно размяться! Но кобылке пришлось еще тяжелее – по пути рытвины мирно соседствовали с колдобинами и плавно перетекали в лужи, в которых с удовольствием плескались свиньи.

– Спасибо, каурая, – я потрепал ее по жиденькой гриве и начал складывать у стены мешки с ячменем, до которого охоч местный поп.

– Чего, приехали уже? – Аган, дремлющий на телеге, протер глаза.

Он продрых всю дорогу, ни одна кочка не разбудила, прямо завидую.

– Поможешь или будешь валяться, как барин? – с укором глянул на него.

– Ща, погодь, – Аган потянулся всем телом – так, что каждый позвонок щелкнул, как при обращении оборотня.

Он помотал головой, будто сбрасывая остатки дремы, спрыгнул на землю и начал помогать. Вдвоем мы быстро все сгрузили, получили от прижимистого священника монеты и собирались уж было ехать к ближайшей таверне, как подбежал босоногий мальчонка.

– Кто из вас Себастьян? – склонив голову на бок, спросил он.

– Ну, я. Чего тебе?

– Велено передать, – пацан отдал мятый конверт и протараторил адрес. – И, это, она ждет, – наглец хихикнул. – Поторопись!

Ничего не понимая, я посмотрел вслед ускакавшему вприпрыжку мальчишке и открыл конверт. Изнутри изящно выскользнул квадрат плотной бумаги, благоухающей дорогими притирками. «Я тебя жду», значилось на нем. И как это понимать?

– Себ, у тебя и в городе мамзели? – Аган заглянул из-за плеча.

– Кое-что медом мажу, – развел руками с ухмылкой. – В полнолуние. На пасеке.

– И чего потом? – простодушный парень затаил дыхание.

– А потом прилетают пчелы, кусают за то самое, медом намазанное, и оно становится таких размеров, что ни одна устоять не может! – давясь смехом, закончил я.

– Тьфу на тебя! – Аган, улыбаясь, махнул рукой.

– Ага, как же! – спрятал конверт за пазуху и отправился по указанному адресу, пытаясь избавиться от ощущения, что добром это не кончится.

Лавия

Так, что еще? Я придирчиво оглядела пространство. Приятный полумрак, разбавленный светом от пары десятков свечей, создавал нужный настрой и скрывал обшарпанные стены и кособокие стол со стульями. Аромат роз с капелькой ванили дарили масла.