Мне нельзя тебя любить, оборотень

 – Лучше, скажи, что творишь?!

– Проверяю, есть ли в вас магия, госпожа Сильвия.

– Да кто ты такой, чтобы… – задохнулась от злости.

Вскочила и с трудом удержалась, чтобы не пнуть гада. Способности чаровницы – это же настолько интимное! Как он посмел в это лезть, что возомнил о себе?

– Оборотню ли судить о Силе ведьмы?!

– Вы правы, – наглец поднялся, покачнулся и помотал головой. – Просто думал, что вы перед госпожой Лавией из-за ее Силы робеете, ибо своя хилая. Но эксперимент показал, что это не так. Следовательно, дело не в этом.

– Ну, и в чем же тогда, по-твоему, дело? – спросила раздраженно.

Слова-то какие знает, надо же! «Эксперимент», «следовательно»! Стоит тут передо мной, умничает!

– В том, что вы и мысли не допускаете, что может быть по-другому.

Замолчал, глядя в мое лицо. И вся злость испарилась. Озадаченно пожала плечами. Да, он прав, никогда и в голову не приходило, что между нами с Лавией могут быть простые сестринские отношения, без ругани и оплеух. Не могу такое представить, честное слово!

– Если не начнете защищаться, ничего не изменится, – тихо добавил Себастьян.

Тоже правда. Но с какого перепуга он в это лезет?

– Да, это не мое дело, – словно прочитав мысли, кивнул оборотень. – Этим матушка ваша должна была озаботиться. Но ее почему-то вовсе не волнует то, как старшая дочь обращается с младшей. – Он пытливо глянул на меня. – Отчего так?

А я ведь ни разочка не думала об этом, никогда! Правда, почему? Какие-то слишком уж серьезные и сложные вопросы задает это парень.

– Мама – Верховная ведьма, у нее забот навалом, некогда дрязгами между сестрами заниматься, – ответила с каменным лицом, а сама почувствовала, как в сердце кольнула обида.

– Простите, госпожа Сильвия, при всем моем уважении, это ее не извиняет.

– Тебе-то какое дело, в конце концов? – как Нина, уперла руки в талию и склонила голову набок.

– Я просто хочу помочь, – подойдя ко мне, ответил он. – Позволите?

Еще пара шагов, и парень подошел так близко, что ощутила его дыхание, которое пахло земляникой.

– Откуда? – спросила тихо, поведя носом.

– Откуда я такой красивый? – ухмыльнулся наглый.

– Вот прямо! Откуда земляника? Где брал, бессовестный?

– Землянику? – переспросил озадаченно, хмуря лоб.

– Да, – не отказала себе в удовольствии и, невинно хлопая глазками, напомнила, – это ягодка такая, маленькая, красненькая, сладкая.

– А зачем вам?

– Сестре наберу, она ее обожает.

– Хорошо, идемте, покажу.

– Идем.