Чертова баба, или Приют для фамильяров

 – Ты не жена, а ходячее бедствие!

– Ты прав, – мне вдруг захотелось расплакаться, как в детстве, когда получала нагоняй от отца за то, в чем не была виновата – но мачеха говорила ему иное, и он ей верил, всегда.

Капельки крови закапали на осколки.

– Глубокий порез, – демон достал платок и замотал пострадавший палец.

– У меня таких много, – пробормотала я и, не устав уточнять, что большинство ран ношу в душе, протянула ему портрет. – Прости, пожалуйста.

– Я починю, – он бережно взял картонку.

– Это твоя жена? – задала вопрос, на который уже знала ответ.

– Да.

– Прости, – снова повторила, не зная, зачем.

– Сказал же, починю.

– Я не о том, – встала и посмотрела в его лицо. – Ты поэтому так реагируешь на локоны дочери. У Алисии были такие же.

Он промолчал, глядя на портрет.

– Девочка ни в чем не виновата, Янур.

– Она отняла жизнь у женщины, которую я любил больше жизни, – глухо сказал он, подняв на меня взгляд.

– И это ее вина, по-твоему?

– Нет, моя.

– Ей больно, понимаешь? Тугие косы вызывают головную боль у малышки. Это жестоко, не находишь?

– Боль? Я не знал, – пробормотал он. – Пусть тогда ходит с локонами.

– Спасибо! – я прикоснулась к его руке.

– За что? – Янур вздрогнул и непонимающе нахмурился.

Я промолчала, улыбнувшись. На некоторые вопросы ответы попросту не требуются.

***

Думая о том, чем помочь Януру с его проблемами, я ворочалась с одного бока на другой, взбивая ни в чем не повинную подушку кулаками.

– Ай! – я моментально вышла из раздумий, когда что-то ледяное скользнуло вдоль моей ноги. – Кто тут? Янур? – резко развернулась, в глубине души надеясь увидеть полыхающие огнем демонические очи.

Но увы, это был не он.

Тьфу, то есть ура, конечно же, чего это я!

– Пружинка, ты откуда взялась? – посмотрела на девочку в белом ночном чепце.

– Можно с тобой посплю?

Эх, услышать бы от супруга эти слова!

Тьфу на меня снова, что за мысли?!

– Почему нет?

– Спасибо! – она прижалась ко мне.

– Холодная-то какая! – я укутала ее одеялом. – Нельзя бегать босиком ночью, простудишься!

– Больше не буду, – сонно прошептала она и тут же засопела.

Я улыбнулась. Эта кроха мне определенно нравится! Поправила ее чепчик с оборочками и вздохнула.