Чертова баба, или Приют для фамильяров

За что бедный Янур так с девочкой?

– Вот держи, – сделав бутерброд с колбасой и сыром, протянула ей. – Кушай.

– Спасибо, – она тут же впилась в него зубками. – Фкушно!

Еще бы! Явно получше каши на воде без сахара!

– Как же тебя ласково зовут?

– Никак, – девочка пожала плечиками.

– Нет, так нельзя. Генриетта – это такая графиня со шпицем под мышкой, и лет ей сто в обед.

– А на ужин двести!

– Именно, – я рассмеялась и заметила, как кроха морщится, потирая висок.

– Немножечко, – она виновато улыбнулась.

– Еще бы она у тебя не болела, – пробурчала я, – тебе косу так туго заплели, что удивительно, как глаза вообще закрываются. Кто плел? Дай догадаюсь – Соломея?

– Она, – малышка вздохнула.

– Иди сюда, – я быстро расплела ее волосы и по плечам крошки рассыпались удивительно красивые каштановые кудри. – Так куда лучше!

– И голова не болит! – она расхохоталась и помотала головой.

Солнечные зайчики, запутавшись в густых локонах, заставили их ослепительно засиять.

– Знаю, как буду тебя звать! – сообщила девочке. – Пружинка! Ты не против?

– Совершенно не против!

Я сделала и себе бутерброд, а малышке протянула яблоко, и спросила, ткнув пальцем в мрачные развалины на горизонте.

– А что там такое, Пружинка?

– Это был фамильный замок Редроузов.

– Жаль, – протянула я. – Даже сейчас видно, что он был великолепным!

– В библиотеке есть книги с гравюрами, где он еще целый, – сообщила кроха. – Говорят, тут бывал сам Люцифер! Но Соломея говорит, что это враки.

– А она давно у вас работает?

– Со смерти мамы, – Пружинка погрустнела. – Мамочка умерла, когда производила меня на свет. Так все говорят. Потому и приехала Соломея, она сестра моей мамы.

– Выходит, твоя тетя?

– Да, Лола.

– Ясно.

Не все так просто, выходит. Вот откуда растут ноги у наглости этой особы. Хозяйкой себя при вдовце с двумя детьми почувствовала. А может, и вовсе решила у сестры эстафету принять. Да уж, ей мое появление точно радости не добавило. Надо с ней ухо востро держать, не нравится она мне.

– Ну, наелась? – я встала, получив кивок крохи. – А теперь идем гулять.