Раненое сердце демона

Потом инстинкт самосохранения все же проснулся, заставив меня пытаться отползти подальше. Но было уже поздно – псы подскочили, скаля клыки и рыча.

От их лая заложило уши. Я всхлипнула и сжалась в комок, закрыв глаза. Сейчас растерзают, разорвут в клочья. Но бояться, как выяснилось, надо было не четвероногих, а двуногих хищников.

– Вставай! – раздалось над головой.

Кто-то схватил меня за шиворот и дернул вверх.

– Кто такая, откуда?

Собаки затихли. Я повисла в воздухе, болтая ногами. Глаза распахнулись.

Кто эти мужчины в странной одежде – рубахи, безрукавки, широкие пояса с нашитыми непонятными штучками, кожаные на вид брюки, заправленные в сапоги до колена? Все трое с длинными лохмами волос до плеч, с ножами в руках! Что происходит?!

– Отпустите! – вместо крика из горла вырвался сиплый шепот.

Я замахала руками. Это почему-то вызвало у незнакомцев дикий хохот. Тот, что держал меня за шкирку, разжал руки. Мое тело неловко шлепнулось на снег. Щиколотка вспыхнула болью.

Похоже, подвернула.

– Такая красотка одна в лесу, откуда ты? – склонив голову на бок, спросил тот, кто был самым высоким. – Учуяла даонов, решила попробовать настоящих мужчин, а не этих ваших северян-задохликов?

Я молчала, потирая ноющую лодыжку. О чем он вообще? Ничего не понимаю!

– А может, тебя разведать отправили? – улыбку с лица незнакомца словно ветром сдуло. – Поглядеть да посчитать, сколько нас в лагере?

– К-каком лагере?

– А как глазками-то хлопает, – подключился второй, поигрывая ножом.

 – Будто и ни при делах!

– Лучше говори сама, сучка, – третий, коренастый и кривоногий, сплюнул в сторону, – а то ведь заставим.

– Я не понимаю! – жалобный писк сорвался с дрожащих губ. – Отпустите, пожалуйста!

– Значит, по-плохому, – они переглянулись и кивнули друг другу.

Высокий присел на корточки и толкнул меня в грудь, выбив весь воздух. Когда упала на спину, он навалился сверху, прижав, как бетонная плита.

Внутри полыхнула злость. Я кричала, царапалась, укусила его за щеку, пыталась лягаться.

Но дружки мерзавца воткнули факелы с синеватым светом в снег и схватили меня за руки и шею, не давая двинуться.

Он расположился между моих ног и так легко разорвал ткань спортивных брючек, словно это была размокшая бумага. Пальцы оцарапали мою кожу, когда он подхватил трусики. Я взвыла, когда ему удалось одним рывком разобраться с ними, потому что поняла, что не смогу избежать того, что последует.