Путь наверх. Королева

Под восторженный гул они вернулись в зал, король кивком пригласил её следовать за собой, провёл её по коридору, открыл боковую дверь и вошёл в комнату.

Воительница зашла следом, осмотрелась. В комнате находилась ниша, закрытая тяжёлым бархатным пологом. Король откинул занавес, и Демира увидела пожилую женщину в белом чепце, склонившуюся над детской колыбелькой. Знаком государь приказал няньке выйти.

В белизне кружев и атласных лент спал черноволосый годовалый младенец. Длинные ресницы покойно лежали на пухленьких, чуть тронутых пушком розовых щёчках.

Демира не знала, что у Руаны есть наследник, супруги у государя не было. Выходило, что дитя было незаконнорожденным, но принятым королём.

– Твоя преемница, – прервал ход её домыслов Вирджил Великий.

Воительница обернулась, метнула пронзительный взгляд на его спокойное лицо, потом снова обратила его к маленькой принцессе.

– Как у тебя всё просто, король, – медленно проговорила она, – «твой народ, твоё королевство, твоя преемница…»

– Ты же к этому шла, – напомнил король, расстёгивая пуговицы камзола.

Демира не смогла подавить вздох разочарования. Как же просто всё! Мир так стар и мал, что его делить нет смысла. Вирджил Великий провозгласил её королевой, и ему немедленно нужно закрепить все права на неё. Здесь и сейчас.

Она опустила полог и отошла от колыбельки.

Демира знала, что у этой страны есть король, а значит, просто королевой ей не быть, а только королевой короля. Вот плата за королевство. Что ж, значит, нужно платить. Она никогда не ходила в должниках.

Вирджил Великий сбросил камзол, рубаху и подошёл к ней. Демира увидела окровавленную повязку у него на боку, пониже рёбер. Король отогнул край материи, закрывающей рану, и в нос воительнице ударил тяжёлый запах гниющей плоти. Рана была ужасна, воспалившаяся, мокрая, и Демира сразу поняла, что нанесло её.

– Отравленная стрела? – спросила она.

Король кивнул.

– Мои дни на исходе, и править Руаной тебе. Прошу тебя: вырасти девочку. И если сердце твоё не отзовётся к ней материнской любовью, воспитай её воином, подобным тебе, не знающим страха, безжалостным к врагам.

– Это твоя дочь? – спросила Демира.

– Она подкидыш, – ответил король, – её подбросили к дверям замка третьего дня, и это знамение.