Крылатым не входить!

Но как же щемило сердце при одной мысли о том, что придется отдать малыша.

– Так, вставай, – не успела я и рта раскрыть, как он потянул меня за руку, подталкивая к балкону.

– Стой, стой. Ты куда? – он же так ничего и не рассказал толком!

– Тише, ребенка разбудишь, – он комично округлил глаза, словно и в самом деле боялся разбудить малыша, и, приоткрыв дверь балкона, толкнул меня туда. – Знаешь, какая главная проблема молодых матерей? Успела на себе ее почувствовать?

– Какого хрена?! – выругалась я, отступая от него в сторону.

 – Я тебя пригласила в свою квартиру, а ты так себя ведешь!

Я попыталась устыдить его своим гневным взглядом, но судя по всему впечатления это на крылатого не произвело.

Ну в самом деле, зачем он меня на балкон-то вытащил?

– Главная проблема молодых матерей – это то, что они почти все свое время проводят дома рядом с младенцем, – с этими словами он вдруг притянул меня к себе, обнимая за талию, а затем расправил свои крылья.

От удивительного зрелища я забыла обо всем.

Так и стояла в его объятиях, не шевелясь, восторженно рассматривая черное оперение. Безумно хотелось лишь одного – протянуть руку и потрогать.

В этот момент Александр вдруг легонько подпрыгнул, и словно два паруса, крылья понесли нас вверх. Я открыла рот, но от испуга даже завизжать не смогла, лишь вцепилась мертвой хваткой в мужчину, боясь соскользнуть с него вниз. Что за дичь он творит?! Куда мы летим?! Я не согласная!

А внизу, тем временем, суетилась жизнь.

Из подъезда входили и выходили люди, дети бегали на детской площадке, кто-то тащил по тротуару диван. Неужели нас никто не видит?

– Отпусти, – только и смогла что пискнуть я, но вместо этого он лишь прислонился губами к моему уху.

– Я держу.

– Не надо меня держать, отпускай… – не успела договорить «на землю», как он жарко выдохнул в ответ.

– Уверена? – он вдруг ослабил хватку, я почувствовала, как начинаю соскальзывать, отчего еще крепче вцепилась в Александра и зажмурилась.

Внутри все замирало, словно в предчувствии долгого падения, в конце которого могла ждать только бесконечная боль. Что за шуточки такие!

– С ума сошел?! Держи меня! Крепче держи! – завизжала я, обхватывая его руками за шею.

– Тише, тише. Успокойся. Не кричи так сильно. Нас, может быть, не видно в воздухе, но слышно-то отлично, – он осторожно погладил меня по спине. – Ты вся дрожишь. Извини, я просто пошутил.