Да, детка, это – реальность!

А на подоконнике подмигивали огоньками разноцветные толстые свечи. Они вызывали в душе Лизы какие-то смутные воспоминания.

Девушка ковырялась в тарелке, рассеянно слушая разговор Саши, пока одна его фраза не заставила ее широко открыть глаза и переспросить:

– Что ты сказал?

– Ты о чем? – не понял парень.

– Ты сейчас говорил что-то о тех, кто будет выступать на конференции. Можешь повторить? – Лизка мило улыбнулась. – Мне же интересно, в какой компании ты будешь.

– О, там будут такие ученые! – Саша перечислил совсем незнакомые Лизе фамилии, а потом добавил: – Еще выступит главный спонсор Генри Блэк.

– Ясно. – Лиза аккуратно, так как рука задрожала, положила вилку на тарелку. – Ну да ладно, фиг с ними. Ты мне лучше скажи… – Она умело перевела разговор на другую тему. Так что Саша не заметил ни легкого изменения в голосе, ни чуть затуманившегося взгляда.

Уже потом, когда Саша уснул, девушка вновь ушла на лоджию, где оперлась горячим лбом о прохладное стекло.

Лизка судорожно вздохнула, как наяву увидев его: высокого и всегда стильного, сдержанного на людях, но неизменно горячего наедине, с утонченным бледным лицом и густыми каштановыми волосами. Ее странная любовь-наваждение прошла, но все равно девушка не могла вспоминать о Генри с равнодушием.

Такие мужчины встречаются раз в жизни.

Лиза вернулась в комнату и села на край постели. Саша безмятежно спал, лежа на животе и забыв убрать читалку. Девушка аккуратно забрала ее, а сама устроилась рядом, подперев голову рукой. Если в первое мгновение, услышав про Генри, она встрепенулась и подумала, не подглядеть ли за ним хотя бы глазком, то теперь знала, что не сделает этого. Зачем? Прошлое должно оставаться прошлым, каким бы привлекательным оно ни было.

Поэтому Лизка со спокойной совестью прилегла рядом с парнем, уверенная, что не заснет. Все равно вставать через пару часов.

Но она задремала. Как раз чтобы увидеть непродолжительный, но яркий и волнующий сон.

Ей снился Генри. Его спальня, полная свечей и почему-то кроваво-красных лепестков роз, огромная кровать, а над ней – зеркальный потолок. Зеркала были везде, они отражались друг в друге, так что получались длинные мрачные коридоры.