Анима: Золотой стриж. Серебряный ястреб. Медная чайка

Будь решительным, не прогибайся под давлением, отстаивай свою позицию – хлоп, и для Ястребов ты уже не бессмысленная тварь, а разумное создание. Он вдруг вспомнил, что сказал ему Кадет в их последнюю встречу у Изгороди: «Я никогда не чувствую от тебя страха. Остальные дрожат, если мы подходим близко, но не ты». Вот, наверное, почему Кадет так долго не сдавал его начальству: для него мужество – все равно что для Нила доброта. Признак, отличающий живое от мертвого.

Цветы глядели на них добродушно, без угрозы, и Нил с улыбкой встал на ноги.

– Привет, – сказал он. – Меня послала девушка по имени Весна, знаете такую? Красивая. Умеет пробиваться сквозь каменный пол.

Цветы задумались: то ли с таким набором характеристик у них была куча девчонок, то ли, наоборот, никого.

– Есть предположения, – наконец ответили они.

– Она сказала, что магия этой земли иссякает. Если честно, незаметно. – Нил широким жестом обвел благоухающий берег, устланный цветами. – Велела мне найти место силы и отдать ему свою аниму.

– Никто не знает, – без большого интереса отозвались цветы. – А теперь покажи, что ты можешь.

– Вы же и так поняли, что я свой, – растерялся Нил.

– Мы тоже знаем легенду о золотом стриже, нам ее нашептала земля. Он должен быть всемогущим. Покажи!

– Вот видишь, – тихо сказал Нил. Кадет сидел на песке, сцепив руки в замок: видимо, так он показывал, что в Тень лезть не пытается. – Не такие уж мы безалаберные. Они проверяют, что я не вру.

– Мы верим, что ты говоришь правду, – встряли цветы.

Кадет приподнял брови. «Я же говорил», – было написано у него на лице так явно, что Нил еле сдержал смешок.

– Ладно, сейчас, – сказал Нил и потер ладони одну о другую.

По ним размазалось золото – легко, без усилий. Он был совершенно спокоен: к чему бояться тех, кто способен вырастить кучу цветов и заставить их так смешно разговаривать? Но впечатления его способности не произвели.

– Так может любой! – возмутились цветы.

Нил поджал губы. Там, откуда он пришел, этого хватило бы, чтобы у всех челюсть отвисла, но, видимо, золотой пыльцой тут никого не удивишь.

– Иметь полено и выпилить из него деревянного зайца – разные вещи, – назидательно прибавили цветы.

Монструм, осмелев, потянул к ним морду. Нос у него смешно задергался от запаха, но Кадет немедленно подтащил его обратно к себе. Нил задышал глубже, пытаясь сосредоточиться.