Дарители: Дар огня. Короли будущего. Игра мудрецов. Земля забытых. Сердце бури

– Получается у тебя, я смотрю, просто блестяще, – пробормотал Джетт.

Послышался звук удара, мороз тут же усилился, и Генри обернулся: Хью пнул Джетта, и тот, оступившись на скользкой земле, упал на лед.

Генри подошел, чтобы помочь ему встать, но Джетт с неожиданной злостью оттолкнул его руку.

– Сам, – пробормотал он, ни на кого не глядя.

– Дай ему сдачи, – посоветовал Генри, глядя, как Джетт пытается подняться.

Хью улыбался:

– Он – мне? Ага, сейчас. Как только выйдем отсюда, посланники вас обоих скрутят, тогда поглядим, как вы попляшете.

– Этот лес чувствует злость и страх. От них мороз усиливается. – Генри взял Джетта за воротник и, не обращая внимания на его протестующий вопль, одним движением поднял на ноги. – Я запрещаю ссориться.

– Запрещаешь? Мне? Да ты хоть знаешь, кто… – начал Хью, но Генри уже повернулся к Свану:

– Почему ты перестал рассказывать стихи?

Сван чихнул.

– Больше не хочу. Устал. И горло болит.

– Если будешь ныть, оставлю тебя тут! – прикрикнул Хью.

– Хью бывает очень злой.

Генри пошел дальше. Кое-что про лес уже было ясно, осталось только понять, как можно выбраться из места, у которого, очевидно, нет ни начала, ни конца. У него уже голова кружилась: деревья постоянно перетекали друг в друга, не останавливаясь ни на секунду. И еще он чувствовал: она следит за ними. Она и есть душа этого леса. Что же сделать, чтобы она передумала?

– Я не врал. Барс выбрал меня, – тихо сказал Генри, но, кажется, только разозлил ее: ветки начали сходиться вокруг плотнее, тянуть за одежду.

– Замерз. Надоело. Не буду.

– Ты должен, – спокойно ответил Генри.

То же самое сказал бы ему отец – разумные слова, – но Сван испуганно шагнул назад, и лед вокруг сразу громче затрещал от мороза.

– Не буду, – упрямо повторил он, и Генри, посмотрев на всех, наконец понял, почему они молчат и даже не ссорятся: уже посинели от холода. Даже он сам дрожал, а он иногда сутками охотился в зимнем лесу.

Ветки вокруг мерно постукивали, так отец постукивал пальцами по столу, когда сердился: ну, и что ты теперь будешь делать?

– Нужно развести костер и погреться, – сказал Генри.

– Из чего, умник? – хрипло сказал Джетт, проследил за взглядом Генри и потрясенно свистнул.

– Даже не думай, – прошипел Хью, крепче прижимая к себе корзину.

– Она будет хорошо гореть.

– Это наше имущество. Имущество дороже всего на свете.