Дарители: Дар огня. Короли будущего. Игра мудрецов. Земля забытых. Сердце бури

Генри развернулся к братьям, и те отбежали от него на несколько шагов.

– Отстанете – ждать не буду. Дышите глубже. Не болтайте. Старайтесь не трястись, от этого мышцы устают. И вот, – он вытащил из кармана пару пирогов, которые дал ему Тис, и бросил им, – ешьте, это греет. И бросьте свои вещи, без них будет легче идти.

– Ну нет, чудище, – прижимая к себе корзины и свертки, проворчал Хью. – Ты у нас добро не отнимешь.

– А одеяла у вас там, случайно, нет? – поинтересовался Джетт.

– О. Есть. Как я сам не сообразил? – Хью вытащил из корзины два одеяла и завернулся в оба.

– А мне? – жалобно спросил Сван.

– Да ты толстый, тебя жир греет, – отмахнулся Хью, подхватил вещи и, покачиваясь под их весом, зашагал вперед.

– В такой компании путешествовать – просто счастье, – пробормотал Джетт и, спотыкаясь, побрел за Генри. – Скажи, что знаешь, куда мы идем.

– Понятия не имею. Суть в том, чтобы идти. А ты начинай говорить парными строчками, – кивнув на Свана, сказал Генри.

– Это стихи, – гордо пояснил тот. – Про что сочинять?

Генри пожал плечами, откусил от своего пирога и пошел вперед, обгоняя остальных: ему легче было идти, когда он не видел, с каким количеством людей его угораздило связаться.

* * *

Вокруг трещал мороз, и Генри осторожно втягивал морозный воздух через нос, следя за каждым движением в лесу. Отец всегда говорил: везде свои законы. Изучай их, где бы ни оказался, изучай своих врагов, и победишь. Ледяной лес сейчас был врагом куда худшим, чем люди, но Генри все же краем уха слушал их разговоры: вдруг решат напасть.

– И вот по лесу мы идем! Хотя мы раньше шли вдвоем, но нас теперь уже четыре, и очень зябко в этом мире… – тарабанил Сван.

– Слышь, уродец, держись в трех шагах от меня, иди так, чтобы я тебя не видел, – севшим голосом ворчал Хью. – Мне как будто своего недоумка не хватало, а теперь еще ты мне глаза мозолишь.

– Хм, по-моему, из вас двоих недоумок как раз не он. Неплохие стишки.

– Увы, никто нас не спасет, когда в лесу повсюду лед! Нести корзину непосильно, но Хью сердиться будет сильно, если ее я просто брошу, ведь скарб в нее набит хороший.

Хью застонал.

– Ненавижу это все. Слушай, колченогий, до тебя что, не дошло? Сван же умом обиженный – хорошо соображает, только когда сочиняет свои дурацкие стишки, а в остальном как шестилетний. Мне за двоих приходится думать.