Листопад

Может быть, их ему и хватает.

Тед, хитрюга! Каким-то чутьём понял, что за ним следят из окна. Швырнул мяч в кольцо. Ухватился за турник. Взлетел над ним и выжал стойку на руках – на тебе высокий класс чисто полицейской акробатики. И уже из этой позы показал удивленному Лесу язык.

Ученики радостно заорали, исполняя вокруг снаряда шаманские пляски.

Лес вздохнул и отошел от окна.

Между осколками

…Что такое Любимчик, знали все. Что такое «знать предмет», он даже не догадывался.

Начиная с третьего класса милый мальчик, которому до этого судьба послала милую, пожилую и религиозную мадам гувернантку и восторженных родителей, усвоил одну непреложную истину: надо уметь нравиться.

А что ты при этом знаешь – неважно.

Математик по прозвищу «дядя Эля» – хороший учитель, добрый, но скучнейший человек– при виде милого мальчика шипел, плевался и переходил на другую сторону коридора.

Подтягиваемый за штаны всеми по очереди, Любимчик медленно переползал из класса в класс, делая при этом поразительные успехи.

Тактика переползания была построена до гениальности просто: когда он надоедал кому-то до полного отвращения, он шел втираться в доверие к следующему. Лес не любил его не за это – фокусы у недорослей бывают разные, что с них взять – а за то, что сейчас Любимчик шел за ним след в след, точно по законам шпионских романов, держа «объект» строго по курсу и прячась за деревья.

Лес подождал, пока он споткнется, и громко, обидно присвистнул. Любимчик подскочил и исчез, как привидение.

Зря – до перекрестка его провожали удивленными взглядами: что делать – тоже местная знаменитость.

После школы было очень тошно.

На перекрестке Лес остановился и посмотрел на дерево у дороги. Не выглянет ли Анника, садовая дриада, которая иногда приходила подлечить дерево, старого больного? Но Анники не было – только еле заметный радужный шлейф, след радуги в воздухе.

– Привет – сказал корень – сказал изгиб обгорелой ветви – сказала рана, расколовшая ствол.

– Не торопись – сказал камень – сказал лист – сказала ограда.

– Не хочу… – заслонился Лес. То, что он слышит их, мучительно напоминало о том, что можно было бы сделать, будь он свободен.

– Не стоит… – согласился дуб.

Обычно, проходя мимо дерева, он не обращал на него внимания. Но сегодня он весь день безуспешно – почти безуспешно – вспоминал, что ему известно о единорогах, и допустил к себе тот кусок прошлого, который прежде не имел над ним власти.