Домовушка

Хотя… Может, так было бы даже лучше?

Увидев Володю на сенокосе – красивого, высокого, в нарядной белой рубахе, распахнутой на широкой груди, Алена покраснела. Сердце ее неистово забилось в груди, дыхание перехватило от волнения. Но он взглянул на нее лишь мельком, как на незнакомую, и внутри у Алены тут же все оборвалось, полетело вниз со страшной скоростью, а потом упало и разбилось. Она как будто сама упала на камни и разбилась на куски – так ей было больно.

Позже, во время работы, Алена узнала от подруг, что Володя уже посватался к другой – к Наталье, дочке ветеринара, скромной и тихой девушке.

– Тебе, Аленка, наверное, обидно, что такой завидный жених у тебя из-под носа ушел? – спросила одна из подруг, и девушки дружно посмотрели на Алену.

Она не подала вида, что страдает, наоборот, широко улыбнулась и ответила:

– Да ну, было бы из-за чего расстраиваться! Других вон полно!

На сенокосе на Алену и вправду засматривались другие парни, но она не отвечала на их взгляды, не замечала улыбок и игривых подмигиваний.

Ей было не до этого. Сердце ее болело, безутешно страдало, истекало кровью. Алена с трудом выдержала две недели сенокоса, каждый день скрывала свои истинные чувства от всех. Она глотала обиду и горькие слезы, фальшиво растягивая губы в беспечной улыбке. Домой она вернулась измученная и уставшая. А тут еще и мать решила окончательно “добить” ее.

– Слышала, что жених-то твой на другой девушке женится! – язвительно сказала она за обедом.

Алена подняла на нее усталые глаза и ничего не ответила.

– Получается, зря ты с ним по задворкам обжималась? Больше мне про любовь кричала, чем этой самой любви на самом деле было. Налюбила, как кошка ступила! Ох, дура ты, дура!

Мать поднялась из-за стола и с грохотом поставила пустую чашку на буфет. Алена ела кашу, не поднимая головы от тарелки, стараясь удержать набежавшие слезы, но они капали крупными солеными каплями в постную кашу.

– Впредь будешь умнее! – не унималась мать, – может, не станешь больше вести себя, как прошмондовка!

– Мама! – закричала Алена, – я и так уже все поняла! Я и так мучаюсь! Пожалуйста, не мучай меня еще сильнее.

Слезы брызнули из глаз Алены, она выскочила из кухни и скрылась в комнатке, откуда еще долго потом доносились ее сдавленные рыдания.

– Вот и реви! Будешь знать, как мать не слушаться! – прокричала ей вслед Фаина.

***

К осени у Алены стал расти живот, а она до сих пор не знала, что ей делать, и как сказать матери о своем положении.