Истоки неприятностей

– Потому что я накосячил, – пробормотал магос не поднимая головы. – Когда Силь словил первый приступ… мы не сразу поняли, что случилось, даже он сам ничего не понял. Это сейчас все знают, какие лекарства ему в каком порядке колоть, если что. А тогда он чуть не умер прямо у нас на руках. Ну, то есть почти умер. – Ракун вздрогнул от нахлынувших воспоминаний, и Нина тихо погладила его по спине. – В общем, я его как-то вытащил с помощью той силы, но при этом что-то сделал со структурой проклятия. Сам не знаю, что.

Запутал, перекроил, перемешал… и получилось, что чары не снять, пока в них хранится частица моей магии.

– А ты не можешь её убрать?

– Могу попытаться, но… Понимаешь, эта штука практически вытащила его с того света. Вдруг станет ещё хуже, если я её уберу? Вдруг он умрёт? Силу Устья слишком сложно контролировать. Как бы объяснить… понимаешь, стену раздолбать с её помощью легко, а проделать маленькую дырочку – почти невозможно. Мы уже обсуждали это с Силем. Решили, что попробуем, но только в самом крайнем случае.

Когда терять будет нечего.

– То есть когда он будет совсем умирать?

– Типа того. Но он и так умирает, ты же видела. Его убивает проклятье, его убивают лекарства и эликсиры. Последний раз сердце отказало, откачали только с помощью омолаживающего зелья… Правда, это была вторая доза за год, поэтому потом снова откачивать пришлось, уже от передозировки. Зато как он ругался, когда очнулся и себя в зеркале увидел! А какие лица у ребят из управления были! И так-то мелкий, а стал совсем как ребёнок.

И на девчонку похож, скажи же? – Ракун хмыкнул, но Нина шутку не поддержала, и в воздухе повисла короткая напряжённая пауза. – В общем, он, конечно, хорохорится, но прекрасно знает, что долго не протянет. А я… Знаешь, я очень не хочу убивать его своими руками. Даже пытаться не хочу. И… Нам действительно так нужно говорить об этом именно сейчас?

На самом деле Ракун вообще не хотел говорить на эту тему, ни сейчас, ни потом. За прошедшие годы всё было столько раз обговорено и обдумано, что осталось только смириться и старательно делать вид, что всё в порядке.

Они и делали: и он, и Силь, и Алекс.

А потом появилась любопытная выхухоль и влезла носом во все тайны разом. И что самое странное, никто из друзей не возражал. Кроме, собственно, Ракуна – ведь именно ему в большинстве случаев приходилось терпеливо отвечать на бесконечные вопросы своей дотошной пассии. Или не очень терпеливо.