Забытый брак

Но почему я вспоминаю о двойном бигмаке?

– Ваш салат, пожалуйста, – будто нарочно в эту секунду вернулся официант с заказом. – И Ваша вырезка. Приятного аппетита.

– Большое спасибо, – тяжело вздохнув, ответила я.

Салат и впрямь был неплох. Оригинальный, свежий, легкий. Мне понравилось сочетание терпких груш, сыра и зелени. Но я же аристократка, простого «понравилось» будет мало.

– Необычное медовое послевкусие. И руккола хорошо оттеняется пряностями. У тебя отличный вкус.

– И не только в еде, – резонно подметил мужчина, прикладываясь к бокалу.

Я только попыталась скрыть улыбку, тоже делая глоток вина.

Арсений был отличным собеседником. Он много знал об искусстве, мировых премьерах в театрах, результатах скачек, прошедших в прошлые выходные.

Вот только, как оказалось, об этом ничего не знала я.

Нет, конечно, дурой я не являлась. Кое в чем ориентировалась и тему подхватить могла. Но я же Ангелина, а не пресловутая Лаура! Я не была в театрах Парижа, не ездила на выставки в Венеции и не принимала участия в скачках.

Чувствовала себя необразованной провинциалкой, пока мы наконец-то не сменили тему. Я прямо облегченно выдохнула, честное слово.

– Как тебе жизнь после переезда? Сильно отличается от Америки?

Уже после ресторана, прогуливаясь обратно к поселку, Арсений завел разговор обо мне. Врать мне не слишком-то нравилось, но кивать невпопад, слушая о приеме у Герцогини мне нравилось еще меньше.

– Моя жизнь после переезда изменилась на все сто восемьдесят… Сам понимаешь: менталитет, язык.

– Понимаю тебя. Во время моего обучения в Англии мы жили там всей семьей. Это было непросто.

– Ты и Адриана Кирилловна? Прости, если лезу не в свое дело, просто ты не говорил о семье.

– В самом деле? – мужчина искренне удивился, будто бы и впрямь не нарочно обходил стороной разговоры о своем отце и старшем брате. – Мама развелась с отцом, и мы почти не общаемся. Слишком разные, я больше похож на маму, чем на него.

– Хорошо. Моя семья тоже в Европе. После замужества мы редко виделись.

Говорить о бытовых вещах с Арсением было комфортно. В какой-то момент я даже привыкла к своему образу и перестала пугаться каждый раз, когда разговор заходил обо мне.

Да, врать не нравилось, но это была вынужденная мера.