Внук бабушкиной подруги

Кирпич уже осыпается, половина окон выбиты, и сквозь осколки стекла видны пустующие классы с партами и портретами великих ученых на стенах.

Обогнув постройку, я выхожу прямиком на спортивную площадку. Вот только помимо меня, оказывается, тут есть еще любители спорта. И, конечно, по стечению обстоятельств этим любителем оказывается Даня.

Пройдя мимо парня, я кидаю только сухое «привет». Ухожу в противоположный край площадки на лавочку, чтобы не пересекаться с этим горе-спортсменом.

Даня, судя по всему, занимается уже давно.

На парня я стараюсь не смотреть. Ну, в самом деле, чего он мне сдался? Я не одна из многочисленных фанаток, готовых пищать от восторга при одном его виде.

Тренировку начинаю с разминки, чтобы немного разогреть мышцы и не повредить их в дальнейшем. Только собираюсь начать растяжку, как ко мне со спины подходит Даня и бьет по плечу.

– Твою мать, – рефлекторно ругаюсь я и поворачиваюсь, вынимая наушник из уха, – ты меня до инфаркта решил довести?!

– Нет, – равнодушно отвечает парень, тяжело дыша и вытирая ладошкой пот со лба, – ты че сюда пришла?

– Во-первых, не пришла, а прибежала, а, во-вторых, тебе какое дело? Территория государственная, имею право находиться тут.

– Слушай, тут за неделю столько таких как ты было, спортсменок, – на последнем слове Даня неприятно искривил лицо, – сначала за мной бегут, а потом: «Данечка, помоги растянуться», «Данечка, какой ты сильный!».

– А тебе в голову не приходила мысль, – хотя о чем я вообще? Какие мысли в его голове? – что я могу прийти сюда заниматься? Не ради тебя, а ради себя.

– Ага, ага, знаю я таких.

– Ну и самомнение у тебя! Мне бы хоть капельку твоей уверенности в себе. Будь добр, отойди и не мешай, – демонстративно я засовываю наушники в уши и одним ловким движением встаю в шпагат.

Даня остался за моей спиной, о чем я сейчас очень жалею. Хотелось бы посмотреть на лицо этого напыщенного индюка, который считал меня псевдоспортсменкой. Ради него, видите ли, сюда девочки сбегаются!

– Ты че, гимнастка? – уточняет парень, когда я заканчиваю с растяжкой и вынимаю наушники из ушей.

– Нет, Дань, пловчиха. До двенадцати лет гимнастикой занималась художественной, сейчас от былой формы осталась только капелька гибкости.