В поисках

У меня какой-никакой сценический опыт.

– Я слышал. У нас не рок-концерт, – решительно отмел идею священник.

– Куда уж мне, – он и хотел выдать что-то язвительное, но прозвучало жалко. – Отец Борис, вы скажите, как есть, – Слава взял себя в руки, – если я вам не нравлюсь, не желаете видеть меня на службах… Люди на меня косятся, но это ерунда – важно ваше мнение. Я знаю, как монахи и священники ко мне относятся – с настороженностью или пренебрежением. Вы вроде бы другой, либо просто стесняетесь признаться и прогнать.

– Не нужно себя принижать, вы хороший человек, – с легкой улыбкой ответил отец Борис.

– Спасибо, пастырь… – ему пока не верилось, что священник говорил с ним так не из вежливости.

– Вас прогоняют, смотрят недоверчиво из-за того, что за вашим внешним обликом не видят больше ничего. Как писал Матфей в Евангелии, горе вам, фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых.

– Да, наверное, я слишком вызывающе одеваюсь.

– В каждом обществе есть свои правила, и люди имеют право ожидать, что их будут соблюдать те, кто пришли к ним со стороны. Богу нет разницы, во что вы одеты, какие кольца носите, что за рисунки на себе рисуете – он видит не тело, а душу. Однако прихожане, священнослужители – люди. Потому и оценивают себе подобных так, как привыкли.

– Но не вы.

– Было бы самонадеянно сказать «только не я». Иногда получается, а иногда и я сужу слишком поспешно.

– У меня очень черная душа, – проговорил Пеструнов тихо.

– Не бывает чистого зла, Слава. Как и чистого добра. Я вот считал, бывает, и глубоко заблуждался. Если вы осознаете свои грехи, то уже на пути к прощению.

Он ощутил в себе потребность немедленно высказаться, да так откровенно, как ни с кем не говорил. Во всяком случае на трезвую голову. О вопросах религии не столь просто в принципе рассуждать, тем более делиться с кем-то, не сойдя за помешанного. Для Славы это всегда было важным, но, пожалуй, по-настоящему поделиться тем, что в душе, ему ранее не удавалось.

– Вся эта идея с Христом очень красивая и оттого нереальная, – высказался Пеструнов. – Да, он пострадал за людей, но предателей и всяких уродов меньше не стало. Добро зачастую не побеждает зло, а грешники даже и живут дольше, творя бесчинства. Никто их не карает. Каков же смысл?

– В чем, в религии?

– В ней.

– В надежде, – прошелся взад-вперед отец Борис. – Иисус дал своим последователям надежду.