Отложенная месть

Ника вернулась в постель и пролежала ещё час, низ живота заболел уже так сильно, что пришлось придумать план. Он был довольно простой: пробежать в туалет так быстро, как только это возможно, ни о чём не думая и практически не касаясь пола. Ей всё удалось. Измученная отсутствием сна и пробежкой, она легла в постель и тут же уснула. Разбудил её телефонный звонок. Низкий женский голос сказал, что тело родственницы из морга можно забирать. Спросонья Ника мало что поняла и, положив трубку, вернулась обратно под одеяло, но через пять минут снова звонок, это уже был Аркадий.

Он спрашивал, как у неё дела и как прошла ночь. Ника сказала ему, что всё в порядке, она вдруг стала сомневаться, что слышала шаги, ведь это могло ей просто показаться, но всё же попросила Аркадия за любые деньги найти сиделку и пожить пока с ней.

Следующие несколько дней Ника делала только то, что принимала решения и платила очень много денег. Всё, о чём она думала, что это можно сделать дёшево, оказывалось весьма дорого. Сначала её это злило, казалось, все хотят на ней нажиться, но потом ей удалось смириться, всё же она брала деньги из бабушкино тайника, и было правильно потратить их на то, чтобы проводить её с миром.

Нина Петровна делала практически всё и помогала ей во всех моментах, всё разъясняла и так ласково называла её «Никуся». Во время того как они выбирали наряд, Ника всё же проговорилась про украшения и сразу же стала себя за это корить. К тому же, ей стало жалко новые итальянские туфли.

«Такие красивые зарывать в землю – это же неправильно», – подумала она.

Ника сразу вспомнила слова бабушки, когда она себе купила сапоги на первые заработанные деньги. Бабушка высказала ей тогда: «Ты меня позоришь, ходишь, как бомжиха, в этих дешманских сапожищах».

Нике показалось, что она даже услышала её голос.

«Куплю ей на рынке самые дешёвые китайские туфли, которые жутко воняют клеем, и пусть в них лежит. Пусть опозорится», – думала Ника. В ней закипела такая обида, что она заорала на бедную соседку, и та поспешила уйти.

Аркадий затягивал с поиском сиделки, и ночью Ника снова осталась одна. Сначала она хотела пойти к соседке, но вспомнила, что наорала на неё, и ей стало тошно от самой себя.

«Нина Петровна так старается, всё делает, купила даже скатерти красивые белоснежные за свои деньги, а я взяла и накричала на неё», – думала Ника.

Ей стало ужасно стыдно, и на следующий день она решила сходить и извиниться перед соседкой.