Навязанная жена

А ведь она ждала с нетерпением! Так надеялась, что сможет высказать королю, насколько несправедливо к ней, матери принцев такое отношение.

У нее болезненно сжималось сердце, что он пойдет к жене, но служанки донесли, что государь почти до утра пил с кузеном, и она немного успокоилась. Иса была взрослой женщиной, знала, что мужчинам иногда нужно вырываться на свободу. Она решила не показывать своей обиды. Пока.

Надо дождаться, чтобы уехал кузен Рагнер, а потом потихоньку все восстановится. Дитерикс не сможет долго интересоваться своей тощей женой, и тогда снова настанет ее время.

Хотя… Болезненно задевал ее тот неприкрытый интерес к жене, что король продемонстрировал вчера на пиру. Впрочем, это могло быть обыкновенное проявление чувства собственничества.

Леди Исельнир не теряла надежду, и когда ей передали пожелание короля, чтобы она присутствовала на обеде, ободрилась еще больше. Однако одеться следовало с особой тщательностью, она уже поняла, что новая королева хоть и тоща, но, тем не менее, может нравиться мужчинам своей необычностью.

Что ж, Иса тоже умела удивлять короля.

* * *

В покоях Мариг с приездом няни и кормилицы установился хаос и одновременно строгий порядок. Грозные старушки теперь командовали прислугой так, что камеристки летали взад-вперед перепуганными мухами.

Заодно досталось и Кнуту. Проехались и по их величеству, что курятник развел.

Кнут только глаза закатывал. В принципе, как мужчина он понимал короля… Но не как дядька Мариг! А как личный советник королевы просто обязан был с этим бороться.

В общем, в покоях королевы царил дикий шум. Зато Мариг было удивительно тепло на сердце, оттого что рядом близкие люди.

Однако приближался обед, на котором ей опять предстояло присутствовать. Вспоминая вчерашнее неприятное поведение мужа, Мариг поежилась. Хорошо хоть не заявился к ней супружеский долг требовать. Впрочем, у него есть, где что требовать, а ей после брачной ночи даже думать о постели было противно.

Кнут снова помог с выбором платья.

Правда она была против того, чтобы румянить щеки, но, взглянув на себя в зеркало, не могла не признать, так действительно лучше. А потом внимательно присмотрелась к отражению еще раз, и замерла, так словно никогда раньше себя не видела.

Няня с кормилицей переглянулись, уставившись на Мариг, но Кнут, нахмурил брови и дал знак молчать. Они с князем предполагали, что теперь девочка начнет меняться. Только неизвестно, как быстро это должно произойти, и что их ждет после.