Мама на Рождество

Я думал, она из тех девушек, которые внешне скромны и спокойны, а в постели ураган. Похоже, ошибся. Интересно, насколько грубо будет сейчас отправить ее домой? Спать с ней я как-то совсем не хочу. Понимаю, что это дочь моего наставника, и мне не стоило в принципе с ней связываться. Зато теперь, уверен, меня отпустят фантазии о ней.

Набираю стакан воды для Эрики и возвращаюсь в спальню. Но она уже не нуждается в напитке, потому что, закинув ногу на подушку, сладко спит, приоткрыв пухлые губы.

Я со вздохом ставлю стакан на прикроватную тумбочку, а потом мой взгляд падает на бюстгальтер Эрики.

Еще раз смотрю на нее, убеждаясь, что она крепко спит. Раз не удастся отправить ее домой, то хотя бы этот ужас сожгу. И выпью виски. Целый стакан. Безо льда.

Глава 7

Киллиан

Я просыпаюсь от того, что дверь в спальню распахивается, ударяясь о стену.

– Папа!

– М? – произношу, не открывая глаз.

– А дедушка сказал, что у него дома Санта уже был! Смотри, что он мне подарил!

– Милли, дай поспать.

Еще немного. Подай пульт, я тебе включу мультфильмы, а сам досмотрю сон.

– О, привет! – она бодро заскакивает на кровать и протискивается между мной и… Вот черт!

Резко распахиваю глаза и сталкиваюсь с испуганным взглядом Эрики.

– Видишь, папочка, Санта уже исполнил мое желание.

Милли наваливается на Эрику и душит ее в объятиях, целуя в щеку.

– Папочка будет тебя кормить, – уговаривает она, поглаживая лицо Эрики. – Он вкусно готовит. Особенно яичницу. Папочка добавляет в нее секретные ингиденты, и она становится вкусной.

Без этих ингидентов ее есть невозможно.

– Без чего? – хрипит Эрика, пытаясь вжать голову в плечи.

– Без ингредиентов, – со вздохом отвечаю я и переворачиваюсь на спину, прикрывая ладонью глаза.

– Сынок, тебе надо купить еще фруктов, два яблока для Милли недостаточно, – на пороге спальни появляется мама. – Ой, здравствуйте.

Ее глаза расширяются, а потом мама начинает улыбаться, но не уходит. Эрика, выдавив тихое «Доброе утро», все же прячется под одеялом, но держит его так, что я могу видеть ее лицо.

Милли думает, что это игра, и пытается заглянуть к Эрике.

– Мам, серьезно? – говорю я, натягивая одеяло на свой голый торс. – Забери, пожалуйста, Милли и подождите в гостиной.

– О, простите, – с улыбкой отзывается мама, но не перестает пялиться на нас с Эрикой. Правда ее саму не видно, только пальцы рук, которыми она крепко вцепилась в одеяло. – Милли, дорогая, пойдем.