Избранная для бастарда

На его собственном ни одной эмоции, так что я пока не могу понять, хороший ли знак, что у меня появились галлюцинации.

– Что говорит этот голос?

– Ты как будто не удивлен. Ты, наверное, не понял, старик, – рычу я. – Я слышу этот голос у себя в голове. То есть, рядом никого нет, а я все равно слышу ее. И она обращается ко мне.

– Что говорит голос, Господин? – повторяет он свой вопрос.

– Что умрет, но не выйдет за меня замуж, – выплевываю недовольно.

– Вы уверены, что это не голос девушки из вашего гарема?

– Да как ты смеешь? – повышает голос Фидон, нависая своей огромной фигурой над тщедушным стариком.

– Не злитесь, господин, – также спокойно отзывается маг, ничуть не испугавшись гнева моего советника. – Но мне важно точно знать, что это не ваши наложницы произносят такие слова.

– Да они были бы счастливы выйти за нашего господина, – снова встревает Фидон.

– Не спорю, – отзывается маг, – но…

Договорить он не успевает, как дверь в его башню открывается, и на пороге возникает та, кого я точно не ожидал увидеть: ведьма Дисагра.

Опершись на погнутую трость, старуха довольно проворно шагает к нам, прожигая меня взглядом. Останавливается рядом с Фидоном и поворачивается лицом к Ораху.

– Господин услышал Тиальду, – говорит она, а у меня волоски на руках встают дыбом.

– Какого черта? – рычу я и чувствую, как лицо перекашивает от ярости. – Я не могу! – выкрикиваю и сметаю со стола свитки, они разлетаются по комнате.

– Не можете, господин, – кивает она, продолжая сверлить взглядом Ораха.

 – Ты знал.

– Знал, – кивает он. – Все маги знали.

– И не подготовил его, – с укором говорит Дисагра.

– Да о чем вы вообще?! – взрываюсь я. – У меня не может быть Тиальды! Я даже толком не знаю, что с ней делать! К тому же, она предпочитает умереть, лишь бы не выходить за меня! И к черту все это! Мне не нужна жена!

– Господин, – обращается ко мне Орах, а я едва слышу его сквозь грохот крови в ушах.

Перед глазами пролетает все, что может произойти, если на самом деле боги определили мне избранную.

Это означает только одно: война с братьями и, возможно, с отцом. Никогда еще у бастарда не было Тиальды, и вряд ли Верховный правитель допустит такую оплошность богов и магов.

– Господин, – снова зовет Орах. – Вы – Верховный сын. Наследник Верховного правителя. Веками правителем становился тот, кому боги определили Тиальду, и вы не исключение. Так распорядились свыше, вы не можете изменить судьбу и свое предназначение.