Избранная для бастарда

Убивать таких детей, чтобы спасти женщину, запрещено. И как бы мой отец ни любил мою мать – если, конечно, верить слухам, – даже он не решился так поступить. Поэтому я жив, а женщину, родившую меня, никогда не знал.

“Божественные дети” – как называют детей Правителя – слишком сильны и крупны, чтобы их могла выносить и родить обычная женщина. Поэтому женщин убивают и выбрасывают в Драконью впадину, на дно кипящей лавы. Вскормленный молоком кормилиц ребенок вырастает и становится правителем части земель Верховного правителя.

Говорят, что мой отец относится ко мне по-особенному, потому что любил мою мать, но сам он никогда не говорит о ней. Я знаю об этой женщине только из обрывков воспоминаний слуг, которые растили меня.

Прохожу между длинных деревянных столов прямо к столу отца, где слева и справа от него есть свободные места. Я не могу сесть справа, потому что незаконнорожденный, так что занимаю положенное мне место по левую руку.

– Маделина не присоединится к нам? – спрашиваю, видя, что чуть дальше от отца нет его Тиальды.

– Мне надо поговорить с тобой, она будет мешать, – отвечает он, отмахиваясь, словно эта женщина ничего для него не значит. Хотя так, думаю, и есть. Все, на что сгодилась эта женщина – родить отцу пятерых сыновей и трех дочерей. – Присаживайся, сын.

Как только я занимаю свое место, слуги тут же наполняют мой кубок вином, и я делаю глоток. Отец жестом отправляет слуг прочь, и поворачивается ко мне.

– Карден, на Даконии снова неспокойно. Я хочу, чтобы ты раз и навсегда разобрался с этими жадными ублюдками.

– Чего они снова хотят?

– Как всегда, – хмыкает отец. – Независимости и не платить дань, как все остальные земли. Так что после возвращения собирай войско и отправляйся на Даконию. Я хочу, чтобы ты зачистил остров. Потом отправим туда своих людей, чтобы они продолжали добывать для нас золото.

Делаю еще глоток вина и отставляю бокал в сторону.

– Значит, после ужина я сразу отправлюсь в дорогу.

– Куда ты так торопишься?

– Отец, если они снова бунтуют, нужно как можно скорее придушить это восстание, пока они, например, не объединились с другой расой.

– Хорошо. Похвальное рвение, – он хлопает меня по плечу. – Поешь для начала. Как тебе мой подарок? – спрашивает он, когда я впиваюсь зубами в кусок мяса.

– Понравился, спасибо.

– Забирай ее с собой.