Избранная для бастарда

 – Может, нам просто перебить их всех?

– Или наконец выслушать их требования, – задумчиво бормочу я, сворачивая письмо.

– Что?

– Они могли бы стать нашими союзниками, если бы жители Дальних земель Пакрайда не пытались все время разворовывать Даконские прииски.

– Думаете, вам удастся с ними договориться?

– Договориться можно со всеми, Фидон. Дело в цене.

– Но зачем нам эта договоренность?

– Затем же, зачем мы укрепляем свои оборонительные сооружения, – отвечаю я, хмурясь. – Неужели ты думаешь, что тот из братьев, кто сядет на престол, оставит меня в живых?

Фидон не отвечает, а только с пониманием кивает на мои слова.

Спустившись в подземелье, советник кивает стражу, чтобы тот открыл дверь в камеру пыток. Он гремит железными завесами и замками, после чего распахивает тяжелую дубовую дверь, укрепленную металлическими вставками.

– Дазонвар, – тянет злую улыбку Фидон, глядя на узника, прикованного цепями к стенам так, что он может стоять лишь на носочках, едва доставая до пола, а его руки растянуты в разные стороны.

Узника едва ли можно узнать, потому что его лицо похоже на кровавое месиво. Длинные волосы слиплись в кровавые сосульки, которые свободно болтаются у лица. Ему с трудом удается удерживать голову, от слабости она постоянно падает. Дазонвар в который раз пытается поднять ее и открыть заплывшие от побоев глаза.

Подхожу ближе к узнику и улыбаюсь.

– Ну что? Много сведений добыл в моей столице для моего брата?

Собрав чуть ли не последние силы, он сплевывает мне под ноги.

– Слози сказал, что он разнюхивал сведения об оборонительных сооружениях, которые мы построили на окраинах ваших земель, господин, – говорит Фидон.

– И много информации успел передать Тиорису?

– Если верить тому, что этот подонок находился в столице всего два дня, думаю, еще ничего не успел.

– Он был здесь не один, – повернув голову к Фидону, говорю я.

– Или сообщница, – отвечает мой советник. – Он был замечен в борделе с девкой.

– Найти и допросить.

– Ты все равно не ровня своим братьям, – шипит сипло Дазонвар.

Выхватив из ножен изогнутый кинжал, я без разговоров вонзаю его в брюхо лазутчика и вспарываю до самого горла.