Избранная для бастарда

Немного помята, но как иначе, учитывая, какой путь она проделала?

– И что же, мне вот так прятаться до самого замка вашего господина? – спрашиваю, наконец устав рассматривать ведьму.

– Нашего, – поправляет меня Волара. – Тебе он тоже станет господином. Да, прятаться до самого замка.

– Что же он сам не приехал забрать меня? – язвительным тоном спрашиваю я. – Побоялся гнева братьев?

– Решил не разжигать войну раньше времени, – отвечает Волара, слегка стиснув меня руками, словно желая заткнуть. Ну уж нет. Я должна понимать, что ждет меня дальше.

– А если я отказываюсь быть Тиальдой вашего господина? – спрашиваю ведьму.

Она смеряет меня насмешливым взглядом и криво ухмыляется.

– Будь тут маг, он бы сказал, что выбор делаешь не ты, а боги.

– Ты считаешь иначе?

– Я считаю, что богов переоценивают, – отвечает ведьма. – Но да, этот выбор делаешь не ты, и не тебе идти против этого решения.

– Наверняка же есть способы избежать этого. Наш маг сказал, что мое предназначение принадлежать бастарду Верховного правителя – это нарушение баланса в мире, что приведет либо к его краху, либо к новым порядкам.

Ведьма склоняет голову набок и прищуривается, рассматривая меня, а потом отвечает:

– Он сказал правду. И, если верить оракулу, то вы с Господином перевернете этот мир. – Внутри меня вспыхивает надежда, но тут же гаснет со следующими словами ведьмы: – Но это зависит от правильности вашего выбора и верности  поступков. Если вы с ним все сделаете как надо, то установите новый порядок.

Я перевариваю ее слова до позднего вечера, когда мы оказываемся на границе земель.

– Дальше земли Даира, – говорит воительница. – Ими управляет старший брат господина, который развлекается тем, что выращивает и дрессирует бойцовских псов. Видела когда-нибудь церберов?

– Нет.

– Жаль. Тогда ты бы поняла, что я имею в виду, когда говорю, что церберы по сравнению с псинами Даира – щеночки. Но что тебе нужно знать, так это то, что Даир – умный и жестокий ублюдок.

С этими словами она пришпоривает лошадь, а я посильнее натягиваю капюшон на голову. Когда мы пересекаем границу, окончательно темнеет, но Волара гонит лошадь во весь опор. Мне чертовски страшно. Я вглядываюсь в темноту, пытаясь разобрать дорогу, но это практически невозможно. Мы петляем среди деревьев, руководствуясь, судя по всему, внутренним компасом воительницы.