Невеста для Мрака

Пусть и дремлющее, в нем присутствует человеческое сознание. А волкодлак – туп и прожорлив.

Существует гипотеза, что волкодалки – фейри. Во время Ярких Лун эти твари способны проникать к нам их другого мира сначала в виде кошмаров, потом, питаясь страхами, набирают силу и материализуются. Материализовавшись, пьют кровь. При укусе информация передаётся, как вирус, все инфицированные выполняют заданную программу.

Чтобы не говорили охотники, волкодлаки нападают не только в период трех полных лун. На самом деле энергии двух лун с половинкой, или даже c четвертью третьей может оказаться достаточным, чтобы завести эту адскую игрушку из бездны.

Поначалу волкадлаки, как любое порождение мрака, держатся в тени, и нападают только на одиночек. Достаточно выйти за калитку вдвоем, чтобы их отпугнуть. Но как только они набирают силу, начинают действовать вполне как обычные звери. С рассветом эти порождения ночи не прячутся, как наивно полагают не только честные крестьяне, но и господа охотники, они попросту уходят из нашего мира в свой.

Так что пока охотники и крестьяне, вооружившись топорами, вилами, колотушками, лопатами, кнутами, без всякой пользы уставали, шныряя по холмам, лесам и долинам, я преспокойно и с чистой совестью отдыхали в тенёчке.

– Почему ты не пошла с остальными и не ищешь тварь? – полюбопытствовала хозяйка трактира, протирая стойку.

– Не люблю тратить время попусту, – пожала плечами я. – Я маг, женщина и, в отличие от этих работников ножа и топора, точно знаю, что мы ищем. А главное, где и как это нужно делать.

– Чего ж ты не сказала этого своим друзьям?

– Во-первых, они мне вовсе не друзья – я этих людей третий день как знаю. А во-вторых? Мужчины уверены в себе и в своей силе. Что им советы какой-то пигалицы?

– А ты действительно маг? – с интересом глянула на меня женщина.

Я кивнула.

– Тогда ты, наверное, знаешь, что нужно сделать, чтобы зверь не накинулся и не растерзал?

– Знаю.

Женщина воровато покосилась на дверь и придвинулась ближе ко мне. Мне такой поворот событий был как-то не очень, но отодвигаться я, на всякий случай, из вежливости, не стала.

– Дай мне какой-нибудь отвар или амулет, – горячо задышала она мне в ухо. – У меня есть деньги, я заплачу.

– У меня нет ни отваров, ни амулетов, – отрезала я.