Миры про запас

Тяжело было на это смотреть, но мысленно я повторяла себе снова и снова, как мантру, что случившаяся катастрофа научит всю планету держать мирный атом в узде и очень-очень бережно с ним обращаться. Не могу сказать, что сильно легче становилось, но что ещё было делать?

Нам нужно было дождаться лишь одного человека, получившего от технического отдела активаторов альтернативных миров кодовое имя – Академик. Уникальный химик, перевернувший в нашем будущем весь подход к атомной энергетике, и должен был приехать одним из первых, чтобы помочь разобраться.

Уже давно рассвело и вовсю шёл новый день, когда он наконец приехал. Академик выглядел очень усталым, но сразу же осмотрел всё, что было возможно, с беспокойством всматриваясь в поднимающийся столбом дым и пар.

В его глазах я увидела то, чего не было у всех остальных – настоящий страх.

Мы все попытались оценить по достоинству сомнительные кулинарные успехи мамы и высидеть за столом хотя бы минимально приличествующее случаю время, но на деле каждый хотел поболтать с Сашкой о своём, так что общий разговор не клеился.

Отец попытался изобразить интерес к колхозным делам в Айове, но вышло не очень. Брат отвечал односложно и чувствовалось, что расспросы навевают на него скуку. Вялое оживление вызвала лишь тема нового поколения летающих комбайнов, поставленных им на днях из Минска, но этого хватило минут на пять, не больше – новость не из особо примечательных.

После десерта – мамина энергия на нём явно закончилась, и домашний робот-помощник подал всем самое обыкновенное марсианское фиолетовое мороженое – я воспользовалась минутной заминкой с запоздавшим дроном-курьером, вломившимся прямо в открытую балконную дверь столовой, и утащила брата наверх, на террасу.

– Ну что, как тебе предки? – мы плюхнулись в плетёные кресла-летучки, повёрнутые спиной к башням Управления.

– Как всегда. Вроде так ждали, так звали, а теперь не знают, что сказать, – на загорелом Сашином лице появилась ироничная улыбка.

– Знакомо.

– Откуда?

– Если я всё ещё живу с ними, это не значит, что они всё обо мне знают.

– И что же у тебя за страшные тайны? Расскажешь старшему брату? – он сделал грозные глаза, – Ты буквально обязана! А не то я буду вынужден разболтать твоим новым коллегам какие-нибудь жуткие детские секреты про тебя! Как тебе угроза?

– Да так себе, – было очень весело снова сидеть с ним вот так запросто.