Тень в зеркале

Я просмаковала несколько глотков еще у подножья лестницы, а потом поднялась по ступенькам. День был в самом разгаре, небо за окнами казалось таким ослепительно-синим, что, глядя на него, приходилось жмуриться.

В такую погоду хочется сидеть с друзьями на траве в парке и болтать о всякой чепухе. Здесь у меня друзей нет. Наверное, сама виновата.

Подойдя вплотную к стеклу, я прижалась к нему щекой, ощущая такое невероятное острое одиночество, что сводило желудок.

«Полно тебе, Мика, – успокоила я себя. – Тебе просто нужно собраться.

Друзей еще можно завести. Или уехать обратно в Лондон. Может, там память вернется быстрее».

Я медленно отпила еще глоток сока и вдруг услышала голос Анны.

– Где ее подобрали?.. Надо же, в том районе мы месяца полтора назад щенков нашли. Врач уже осматривал? Что говорит?.. – спрашивала она с таким беспокойством, которое я и не подозревала в этой снежной королеве. – Сломали лапу. Вот ведь подонки! Сейчас приеду… Кстати, Таня, подготовь документы на оплату, все сегодня решу.

У нас есть долги?.. Сколько, говоришь, за корм? Да они думают, что я богатая дура, которая и не представляет, сколько едят мои собаки?!. Не оправдывайся, сейчас приеду и во всем разберусь.

Я слушала и не могла поверить собственным ушам. Анна содержит приют для бездомных собак? Или я поняла что-то не так? Конечно, благотворительность сейчас может быть всего лишь элементом моды, но уж очень искренне ее беспокойство и неподделен интерес. Со мной она так не разговаривает.

По крайней мере, с момента моего возвращения из больницы. Но вполне вероятно, что и раньше.

Острая зависть кольнула в грудь ледяной, несмотря на теплый день, иголочкой.

И тут Анна, вышедшая к лестнице – как всегда, очень красивая и элегантная в прямой красной юбке по колено и белой блузке с коротким рукавом, – заметила меня. Ее лицо непроизвольно застыло, а губы вытянулись в ниточку.

За что? За что она меня так ненавидит? Разве можно любить дворовых кудлатых собак и ненавидеть собственную дочь?!

– С чего ты взяла, будто я тебя ненавижу? – холодно спросила Анна, и я поняла, что, оказывается, говорила вслух.

Я усмехнулась и поставила бокал с недопитым соком, который разом стал пресным, на стол.

– А разве вы меня любите? – спросила я, не сводя с нее взгляда.

Анна тоже смотрела на меня, но понять, что за чувство было в ее глазах, я не могла.

– Ты считаешь, что все должны тебя любить просто потому, что ты есть? – она усмехнулась.