Тёмный Охотник. Книга 1. Куклы колдуна

Единственный, кто остался верен любопытству – тощий тип с кружкой.

Бадвард сел за свободный стол и скинул мокрую куртку. Она тяжело легла рядом с ним на лавку, намекая на вшитые под верхний слой кожи пластины стали.

– Эй, хозяин!

Здоровяк не отреагировал. Продолжал полировать и без того гладкую тарелку.

– Лубош, – подсказал голос справа.

Бадвард обернулся и посмотрел через плечо. Тощий тип улыбался в редкие светлые усы так, словно был рад встрече.

– Без имён у нас тут ничего не работает, – пояснил он и повысил голос.

Тавернщик как будто проснулся. Осмотрелся и, почесав внушительных размеров зад, скрылся в кухне.

– Я, кстати, Кубо. Пекарь, – светлоусый навалился грудью на стол и, протянув узкую ладонь, уставился в холодные серые глаза гостя. – А ты?

– Бадвард, – охотник ответил крепким рукопожатием.

По соседней столешнице грохнул деревянный стакан с костями, и игра остановилась. Трое завсегдатаев разом обернулись к чужаку.

В них не было ничего особенного.

– Не обращай внимание на парней, – голос Кубо заставил их вздрогнуть. – Они не слишком привыкли к посетителям. Сюда редко кто заезжает.

– Заметно, – кивнул Бадвард, всё ещё прикидывая в уме варианты стычки.

– У Лубоша есть наверху свободные комнаты. Выбирай любую. Они все одинаково плохи.

– Ну, хотя бы честно.

– Как есть, – пожал плечами пекарь и поднялся из-за стола.

Он встал и вышел из таверны. Игроки в кости потянулись за ним, неуклюже наталкиваясь на углы мебели и друг на друга.

Похожий эффект давала костянка, которую даже дно Йольберга, привыкшее к самой забористой дури, считало невозможной отравой. Но она, кроме прочего, вызывала ещё и неудержимый смех. А эти трое, видимо, разучились смеяться ещё при прошлом короле.

Вопреки всем ожиданиям, у хозяина таверны оказался отличный эль и сытный ужин: домашняя утка с толчёной грушей, свежий хлеб, овечий сыр.

В хлеву на заднем дворе нашлось место для коня. Бадвард сам отвёл туда своего гнедого. Тщательно осмотрев помещение, где в соседних загонах устроились овцы и козы, он напоследок потрепал жеребца по крутой шее и запер входную дверь.

Гостевая комната была не лучше всего остального. Старая, тесная, с почерневшим от плесени потолком.