Ядовитые узы, или Два зельевара – гремучая смесь

Наставники всегда гордились, что крылатые силуэты видны в любой точке города, а на приезжих производили впечатления не меньше, чем громада Селестара. Это, конечно, они себе польстили, но чем бы властьимущие не тешились…

– Ах ты ж! – Лили стерла с щеки натек грязи. Мимо прогарцевала Лайза на личной виверне в бело-лиловой попоне. Я чудом успела отскочить в сторону. Змея Лайза. Ничего, когда-нибудь и я смогу себе позволить такую роскошь. Плавный ход и полное повиновение – на порядок лучше, чем у лошадей, выносливость и неприхотливость.

– Не обращай внимания, – я проводила взглядом удаляющуюся точку, – ничто не должно испортить сегодняшний день.

Настроение подруги несколько улучшилось за обсуждением нарядов, но у парадного входа снова поползло вниз – ее уже поджидал Бретт.

– И когда только успел, – почти беззвучно выдохнула Лили, – неужели ушел раньше…

– Поздравляю, милые дамы, – парень галантно поклонился, – или лучше сказать – мастера?

– Взаимно, мастер Виллинс, – я приложила ладонь к значку.

– Уйдем, тебя здесь могут увидеть, – Лили всегда ссылалась на комендантов, которые, к слову, на подобные визиты смотрели сквозь пальцы.

– Конечно, – сокурсник покладисто затопал вниз по ступеням.

Все-таки хороший он парень. Очень хороший, но и тело для широкой души было соответствующим. Бретт Виллинс с трудом вписывался в одностворчатую дверь, и то бочком,  а когда поднимался по деревянным лестницам, с половиц сыпалась труха. Злые языки не упускали случая заметить, что его учебной виверне полагается компенсация «за вредность».

Но как бы там ни говорили, Бретт был преданнее пса, прикрывая нас с Лили перед наставниками, становясь посредником в мелких интригах, а иногда и посыльным, за что меня порой сжигал жгучий стыд.

– Позвольте преподнести мои скромные дары, – от волнения грудь новоиспеченного мастера ходила мехами, – вот, Лилиенна… Сайерона… – он протянул нам по небольшой коробочке – одновременно, как детям.

– Спасибо, Бретт, – так же синхронно поклонились мы.

– Право не стоило, – Лили вымученно улыбнулась, обнаружив серьги искусной работы.