Ядовитые узы, или Два зельевара – гремучая смесь

Он определенно здесь бывал – если не в качестве участника, то зрителя – точно.

И тут звуки меня оглушили. Все ясно, на двери заклятие-артефакт. Мы попали в круглый каменный мешок – напичканный дверьми, как улей сотами. По центру на возвышении стоял деревянный стол, к которому тянулась разномастная очередь – нет, толпа, напомнившая насекомых, налетевших на сладкий плод. И сегодня им были гонки.

И сколько все-таки желающих поживиться! Числом почти половина нашего факультета. Лица неопределенного рода деятельности стояли локтем к локтю с зажиточными горожанами – и даже горожанками в чепцах и выходных платьях! Так-так…

– Робин, а как же «никаких дам»? – прошипела я ему на ухо.

– Наблюдать скачки им не воспрещается, – последовал ответ с самым невозмутимым видом.

Ну, хорошо. Пристроившись за каким-то щуплым типом, я заметила, что «очередь» расходится в разные двери по мановению руки распределяющего.

Роб перехватил мой взгляд.

– Они ведут на разные ряды и ярусы. Передние для посетителей побогаче, дальние для бедняков.

– Ну это понятно, – кивнула я, все больше уверяясь, что друг здесь по меньшей мере завсегдатай.

Наконец подошла наша очередь.

– Куда? – не поднимая головы от огромного пергамента во весь стол, односложно осведомился коротко стриженный мужчина – на вид типичный головорез, вроде тех не к ночи помянутых наритянцев, с бронзовыми торсами и саблями наголо. Сколько себя помню, в столице запрещено носить оружие, вот только какой патруль сунется проверять нижний город?

Я положила локти на стол.

– На арену. Я участвовать.

– Набор окончен, – в черных глазах проснулся интерес исследователя при виде чудного зверька, – приходи завтра к восьми…

– Нет, – судя по тону, завтра он скажет тоже самое, – я пойду сегодня и заберу главный приз.

Какой у них приз, одному Солнцу да может Робину известно, но пришла я не за этим. А за ощущением свободы, полной свободы с поводьями в руках.

– Слушай, парень, – ручища накрыла схему амфитеатра, – лучше свали отсюда и не лезь куда не следует, – слова тянулись с презрительной ленцой, наемник даже не угрожал всерьез – настолько недостойным соперником считал стоящего перед ним.

Медленно, пуговицу за пуговицей я расстегнула позаимствованую куртку Роба, открывая белую блузу с серебряным значком на корсаже.

– Я не парень.