Счастливый доллар

Она повернулась к Семену. Узкое лицо в рамке светлых локонов. Тонкая шея на кружевном блюде-воротнике. Узкое платье с длинным подолом, что широким полукругом лег на траве. И запястья узкие, перетянутые черным жемчугом браслетов.

– Нет, – сказала она, заглядывая в глаза. – Я жду.

– Кого?

– Вас. Наверное.

И, поднявшись на цыпочки, поцеловала.

Это свидание закончилось у него дома. Следующее состоялось у нее. Нет, Семен не был влюблен – не дольше, чем на тот первый вечер, – а потом очарование рассеялось, превратившись в обычную перестрелку-переписку двух любовников.

Он был свободен. Она – нет.

С мужем ее выпало познакомиться через три недели после первой встречи. Она позвонила сама. Сказала адрес – случайная квартира, купленная на час, – и велела не опаздывать.

Тогда еще Семен подумал, что пора бы завязывать. Скучно все. Предсказуемо. Бессмысленно. Но на квартиру поехал, прихватив в ближнем магазине стандартный набор. Поднялся – третий этаж старого панельного дома с окнами на восток.

– Ну привет, – сказал массивный лысый тип, отступая в тень прихожей. – Ты Семеном будешь?

– Я.

– Заходи. А я Олег. Муж.

Не понадобилось ни спрашивать, ни уточнять – чей. В квартиру заходил без опаски, даже радовался – неужели что-то сверх обычной любовной рутины? Готовился драться, а получилось пить. На кухне уже накрыт стол: селедка, колбаса, соленые огурцы, черный хлеб и запотевшая бутылка со стаканами-сателлитами.

– Не за рулем, надеюсь? – Олег плеснул щедро.

Тогда, махнув полстакана водки – ледяная, густая, комком упавшая в желудок, – Семен решил, что парочка эта свободных нравов. Не угадал.

– Ты садись. И не дергайся. Я ж так, сугубо поговорить, – Олег вздохнул и потер ладонью лысину. – И не думай… мне тебе охота вмазать, да крепенько, но… смысла в этом нету, сечешь?

Семен сел, выгрузил на стол привезенное, сунул виноградину в рот и кивнул. Сечет. Только ни фигища не понимает.

– Думаешь, ты у нее первый? И не первый, и не единственный. Потаскуха она.

У Олега широкое лицо с мясистым подбородком и сухим, костлявым носом. Губы толстые, валиками, и веки такие же. Глаза между ними кажутся узкими, почти незрячими.

– Когда первый появился – бил. И второго тоже. И ее бил. Не помогло.

– Разведись.

Вздохнул, понурился, опершись лбом на широкую ладонь.

– Не могу. И она не может. Такая вот хреновая ситуация.