Между нами

И вот на концерте впервые он посмотрел на меня не как на девочку с учёбы, а как на новую знакомую из бара, в котором выступали его любимые исполнители.

– Ты ведь учишься с нами в одной школе, верно? – Эти его слова заставили сердце возликовать, а голос – задрожать, причём так сильно, что казалось, будто я заикаюсь.

– Верно, – выдавила я, а голову не покидала мысль: неужели он меня вспомнил?!

– Ясно, я видел тебя пару раз.

И он улыбнулся так, будто мы давно знакомы. Мне ужасно нравился этот человек, даже словами не описать, как сильно.

В тот день я была счастлива как никогда. Меня полностью поглотила энергия музыки, энергия Алекса и энергия меня самой. Я чувствовала, что могу совершить всё что угодно, решиться на что угодно… и я решилась.

Когда концерт закончился и все стали расходиться, я набралась смелости на решительный шаг.

– Не хочешь проводить меня? – с некой наглостью спросила я Алекса, тем самым ошарашив абсолютно всех своих друзей и, наверное, больше всего – подругу моего старого нового знакомого.

– С радостью – сам хотел предложить.

– Отлично! – улыбнулась я во весь рот, а затем попрощалась с друзьями. Подруга Алекса осталась стоять на месте как вкопанная, а он лишь сказал ей: «Пока!» Мне не верилось, что всё это происходит со мной. Не верилось, что сам Алекс Райт сегодня проводит меня до дома! Не верилось, что завтра в школе мы наконец сможем подойти друг к другу и поговорить о чём угодно.

Выйдя из бара, я снова начала разговор, в глубине души надеясь, что не надоем ему своей болтовнёй.

– Чем ты занимаешься в свободное время?

– Хожу в художественную школу – надеюсь в будущем стать профессиональным художником, – играю на гитаре, хожу на концерты. А ты?

– Пишу рассказы, читаю книги, смотрю фильмы.

– Что рисуешь?

– В основном животных. Иногда портреты людей… Пейзажи рисовать не люблю – они кажутся мне скучными.

– Ого! – вскинул брови он. – А я, наоборот, ничего, кроме пейзажей и натюрмортов, рисовать не умею… да и не хочу.

Я почему-то засмеялась – то ли потому, что не знала, что ещё сказать, то ли потому, что почувствовала неловкость за свои слова.