Граф-Т. 2

Если бы не счастливые воспоминания о родителях, я бы стал таким же пленником как все остальные… Хорошо, что были эти воспоминания…

Я думал об этом часто, но не улавливал взаимосвязи. И тут меня осенило! Я лишь вскользь обмолвился о родителях, Кирсанов тогда не придал значения моим словам. А ведь ощущение счастья и любви стало решающим для вывода меня из трансграфтации! Я прокручивал свои воспоминания снова и снова. Да, это точно имело значение. Воспоминание из глубины подсознания позволило мне стабилизировать ход мыслей, выстроило цепочку воспоминаний и напоминало о том, кто я на самом деле.

Если это помогло мне, то вполне могло сработать и у других. Надо было срочно сообщить Кирсанову. У меня была визитка Бергонца – единственного человека, кто мог помочь связаться с ним.

Едва дождавшись шести утра, я набрал номер полковника. Обычно на неожиданные ранние звонки люди отвечают недовольным и слегка удивлённым голосом. На полковника Бергонца данное правило не распространялось.

Этот человек был сделан из другого теста. Я ни разу не видел, чтобы он отдыхал, нервничал, болтал, словом, вёл себя как живой человек. Вот и сейчас он ответил мне радостным, бодрым и немного загадочным голосом.

Едва поздоровавшись, я протараторил ему все свои соображения. Ничуть не удивившись, не проявив ни капли смущения или удивления, не проронив ни одного слова во время моего диалога, Бергонц подытожил: «Я выслаю за Вами машину, собирайтесь. Встретимся в лаборатории через сорок минут».

Полковник закончил разговор. Тогда я подумал, что полковнику за время службы удалили нервную систему.

Сборы заняли всего пять минут. За это время я успел скидать в сумку те же вещи, что привёз из лаборатории пару недель назад. Тело била лёгкая дрожь. Я был взволнован и рад одновременно. Именно рад! И рад я был тому, что снова окажусь в этой странной Вселенной рыжего мальчишки! Осознание этого не стало для меня неожиданностью, просто я старался об этом не думать и впервые честно признался себе в том, чего хотел.

И плевать, что моё решение показалось бы безумным всем вокруг.

Находиться дома я больше не мог и бегом спустился на улицу. Было прохладно, но я дрожал не от этого. Вскоре у подъезда припарковался УАЗик. Даже не спросив за мной ли это, я заскочил в автомобиль. Через полчаса мы были на месте. У ворот нас встретил Бергонц.

Глава 2. Предложение.

Полковник пожал мне руку и натянуто улыбнулся.