Седьмая руна

На первом курсе всегда найдется пара ребят, кто в панике пытается выбежать, как только покойник встанет, – привычно пояснил декан. – Серебро впитывает в себя их магию.

– Если младшие курсы могут нанести такой урон, то где же проходят занятия для старших? – хохотнул Пьер.

Профессор Копен наигранно закатил глаза, демонстрируя, что утомлен разъяснениями простых истин.

– На кладбище, – проинформировал Этьен приятеля и дернул дверную ручку. – Интересно, зачем они заперлись? Эй! Открывайте! Полисмагическое управление!

Последние слова оказались лучше любого заклинания.

Дверь распахнулась.

– Капитан, – возникший на пороге полисмаг отсалютовал Этьену.

– Сержант… – кивнул тот, силясь вспомнить, встречались ли они раньше.

– Сержант Тома, – подсказал полисмаг, чем заслужил еще один благодарный кивок. – Мы встречались три года назад. Дело о человеке со шрамом. А это мой коллега Жан Моро.

– Капитан, – второй сержант поприветствовал прибывших.

– Да, верно, – Этьен сделал вид, что вспомнил. Работая в главном управлении, капитан Богарне давно перестал запоминать и имена районных полисмагов, и дела, которые расследовал.

Первые менялись слишком часто, а вторые… Вторые слишком тревожили в кошмарах.

– Работаете в центральном участке?

– Так точно. Под началом капитана де Гра.

Этьен кивнул, прикидывая в уме, какие препоны будет ему чинить начальник центрального участка. С момента поступления в академию, он умудрился перебежать дорогу сразу двоим представителям славной фамилии.

Первый раз – Лионелю де Гра, получив стипендию, на которую тот рассчитывал, и второй раз – самому капитану, придя работать сразу в главное управление на должность, которую тот мечтал занять. И хотя оба раза все происходило по-честному, это не помешало братьям затаить злобу на безродного выскочку, как они за глаза называли капитана Богарне. И вот теперь убийство в академии.

Заметив, что полисмаги переминаются с ноги на ногу, Этьен предпочел перейти к делу.

– Что у вас?

– Неопознанное тело.

Женщина, возраст непонятен, причина смерти тоже! – сержант посторонился, позволяя войти.

– Следы насилия?

– Визуально нет. Поэтому мы вас и вызвали.

– Хорошо.

По правде, ничего хорошего не было. Де Гра попросту желал сбагрить бесперспективное дело, поэтому и перенаправил все в управление.

Нехотя Этьен переступил порог и обвел взглядом аудиторию. Воздух был холодным, точно в морозный день. Это хорошо, значит процессы разложения тканей замедлятся.