Седьмая руна

 – А, профессор Копен! Вижу, вы воплотили свою давнюю мечту и стали деканом!

Последняя фраза предназначалась высокому седовласому мужчине в черной мантии, вышедшему на крыльцо. Золотая кайма на ней свидетельствовала о высоком звании. Видимо, декан факультета лично решил поприветствовать стражей порядка.

– Этьен Богарне! – произнося имя, профессор скривился, словно надкусил лимон. – Вы? Кто бы мог подумать?

– Капитан Богарне, – поправил его полисмаг. – И уж вы-то могли подумать, если бы соблаговолили совершить это нехитрое действие.

– Вижу, вас так и не научили уважению к старшим.

– Не думаю, что вы старше меня по званию! – отмахнулся полисмаг. – Ладно, за работу! Где тело?

Он устремился к чугунным дверям, на которых был изображен герб академии: открытая книга над перекрещенными мечами, символизирующая торжество знаний над силой. Декан неодобрительно поджал губы, но послушно поплелся следом.

Огромный холл с мраморной лестницей и мозаичными панно на стенах заставил Пьера ахнуть от восхищения.

Профессор Копен надменно усмехнулся. Этьен зло покосился на него, но промолчал. В отличие от Пьера, дослужившегося до звания лейтенанта из низов, Этьен Богарне в свое время имел честь окончить боевой факультет магической академии Суар де Бонне, но не любил вспоминать годы учебы.

Внебрачный сын маркиза, он вытерпел слишком много: издевки со стороны однокурсников, пренебрежение преподавателей, – и поэтому не испытывал трепета, поднимаясь по мраморным ступеням.

К удивлению Этьена, центральная лестница была пуста, как и коридор, по которому они прошли к аудитории. Нахмурившись, капитан Богарне внимательно посмотрел по сторонам и заметил тонкие магические щиты-паутины, которыми были закрыты боковые проходы. Видимо, у декана или у кого-то еще хватило ума отсечь зевак. Оно и к лучшему.

Присматриваться к плетениям полисмаг не стал, проследовал знакомым путем и остановился у массивной двери, обитой серебром.

– Ничего себе, – при виде такой роскоши Пьер присвистнул. – Я думал только у нас в морге такое!

– Не только, – мрачно обронил Этьен, поглядывая в сторону сопровождавшего их декана. – В академии несколько прозекторских, где проходят практические занятия по некромантии.

– Да, Вернье мне как-то говорил, что мертвяки боятся серебра, – Пьер, поняв, что сплоховал, говорил как можно более небрежно.

– Не только.