Седьмая руна

– Ну что, идем? – бросив последний взгляд в зеркало и поправив выбившуюся из тугого узла прядь, Франсуаза направилась к двери.

Вывалив язык, Бонни с абсолютно счастливым и оттого глупым видом последовал за хозяйкой. Цокая когтями, побежал по истертым ступеням, стремясь побыстрее оказаться на улице.

Франсуаза покачала головой, но поводок пристегивать не стала. Бонни прекрасно слушался ее, к тому же пса знали все в округе. Хотя многие и считали васских овчарок порождением бездны и предпочитали обходить его хозяйку стороной.

Девушка никого не разубеждала. Напротив, именно эти легенды и грозный вид огромного черно-подпалого зверя способствовали тому, что она спокойно ходила по кварталу даже ночью.

Вот и сейчас, вынырнув из темноты, Бонни с удовольствием напугал парочку, зажимающуюся в подворотне. Женщина взвизгнула, а мужчина смачно выругался. Бонни счастливо гавкнул и задрал лапу, окончательно испортив романтику по-летнему теплой ночи.

– Как тебе не стыдно, – по привычке пожурила его Франсуаза, как только пес вернулся к ней.

Бонни ничуть не смутился, только вильнул хвостом и побежал по улице, безошибочно угадывая направление. Он остановился на углу и вопросительно взглянул на Франсуазу, тявкнул, призывая поторопиться. Она улыбнулась и поспешила к месту встречи.

Глава 3

Церковь святой Хельтруды, в простонародье святой Хель, располагалась за стеной, некогда обозначавшей границу города. Длинное здание, построенное несколько веков тому назад, напоминало не то конюшни, не то амбар, и если бы не высокий шпиль, то никто и никогда не понял бы что это церковь.

Святая почиталась счетоводами и писателями. Первые были прижимисты, а вторые бедны, и при этом ни одни, ни вторые не слишком верили в помощь святых, поэтому церковь казалась заброшенной.

Хотя сейчас на крыльце толпилось семеро молодых людей в черных мантиях. Семь – магическое число, число рун вызова демонов преисподней. Именно столько некромантов каждый год выпускалось из Суар де Бонне.

Традиция, не более, но ведь традиции существуют для того, чтобы им следовать.

Подойдя ближе, Франсуаза внимательно посмотрела на адептов. Присутствуя на лекциях, она прекрасно знала их всех и понимала, что ожидать от каждого из молодых людей, стоявших на ступенях церкви. Девушек среди них не было: отсеялись на первом курсе. Две, следуя воле родителей, вышли замуж, а одна, не выдержав придирок и насмешек, сменила специализацию на целительство.