Седьмая руна

Девушка была уверена, что пес услышал ее шаги гораздо раньше, но до последнего наслаждался возможностью поваляться на запретном месте.

Франсуаза не стала его ругать, прошла на кухню и растопила плиту. Сварить кофе при помощи магии было бы быстрее, но следовало поберечь силы для ночного практикума.

Бонни следовал за ней по пятам, заискивающе заглядывая в глаза. По всему было видно, что он скучал.

– Ты опять проспал весь день? – Франсуаза потрепала огромного черного с рыжими подпалами зверя по голове. От удовольствия он зажмурился и коротко тявкнул.

 – Тише, уже поздно, соседи спят!

Бонни осклабился, выражая сомнения по поводу этой фразы. С учетом того, что ближайшими соседями девушки были целители, скорее всего, они находились либо на дежурстве в лечебнице, либо в таверне, где продавали зелья, усиливающие действия алкоголя.

Что касается нижних этажей, то жильцы там менялись с такой скоростью, что Франсуаза не успевала даже познакомиться, не говоря уже о том, чтобы узнать, кто они. Впрочем, жалоб на нее домовладелице никогда не поступало, поэтому предупреждение псу было, скорее, данью традиции.

К тому же девушке хотелось поговорить с достойным собеседником, и огромная васская овчарка вполне отвечала высоким требованиям дочери графа.

– Да, ты прав, их нет, но это не повод вести себя шумно, правда?

Пес радостно завилял хвостом, задел стул, и тот с грохотом полетел на пол.

– Бонни! – с укором воскликнула Франсуаза. Пес вывалил язык, делая вид, что совершенно не при чем, а предмет мебели упал сам по себе.

Вздохнув, Франсуаза поставила стул на место. В этот момент кофе забурлил и с шипением начал выплескиваться из турки на огонь.

– Ну вот опять! – девушка успела подхватить турку, перелила остатки напитка в чашку и прошла в комнату. Бонни тенью проследовал за хозяйкой, выждал, пока она присядет в скрипучее кресло у окна, и положил ей голову на колени, преданно заглядывая в глаза.

– Да, я знаю, что ты скучал, – девушка вздохнула. – Прости, если бы я знала, что задержусь, то обязательно взяла бы тебя с собой!

Пес вильнул хвостом на этот раз очень осторожно.

Франсуаза улыбнулась и одним глотком выпила кофе.

– Ладно, а теперь за дело!

Она быстро сменила утреннее платье на более удобный костюм для верховой езды. Бархатная амазонка была остатками той роскоши, которая некогда окружала юную дочь графа. Сейчас рукава на локтях растянулись, а манжеты обтрепались, но Франсуаза любила этот наряд, а ночью огрехи были не так заметны.