Любовь без права пересдачи

Два орка со скрипками, гном с огромной виолончелью, высокая женщина с альтом – все настраивали свои инструменты под заинтересованными взглядами зевак. Дождавшись, пока народу будет побольше, гном подмигнул слушателям и взмахнул смычком. Веселая музыка южан разнеслась по улице, эхом отражаясь от стен домов.

В одном из них демонстративно захлопнулись рамы, стекла дзынькнули, органично вплетаясь в музыку. Из-за спин музыкантов вышла эльфийка в алом платье и запела. Голос завораживал.

– Это же Ириниэль! – благоговейно прошептал кто-то из первых рядов.

Эльфийка кокетливо улыбнулась. Музыканты заиграли более вдохновленно, в шляпу посыпались монеты.

Я не стала проталкиваться среди зевак, просто привстала на цыпочки, помахала музыкантам рукой, дождалась ответного взмаха смычком от альтистки и направилась дальше. С ансамблем Корелли можно было встретиться и позже.

Вдоволь нагулявшись по узким улочкам старого города, я направилась в квартиру, которую снимала недалеко от квартала аристократических особняков.

Небольшая по площади, она обходилась мне в значительную сумму, но зато я экономила на извозчике, предпочитая ходить по центру пешком. Для девочки, выросшей в глухой северной провинции, огромный Нимруд до сих пор представлялся городом чудес.

Огромный комок шерсти бросился мне под ноги, как только я переступила порог.

– Пабло! – охнула я, с трудом удерживая равновесие. – Нельзя же так!

Рыжий лис фыркнул и обдал меня презрительным взглядом своих золотисто-зеленых глаз.

Я погладила его, любуясь, как ко мне на руку перетекают огненные искры магии.

Пабло был фамильяром. Бабушка подарила мне лисенка, когда узнала, что я поступила в Нимрудскую академию магии.

Изначально его звали Пуэбло Арджанто, но в силу гадкого характера он превратился в Пуэбло, а потом и в Пабло, которого порой хотелось назвать созвучным именем похуже.

– Что так долго? – Высокий эльф замер в дверях. Его волосы цвета льна ниспадали по плечам, а огромные миндалевидные голубые глаза смотрели на меня с презрением.

Справедливости ради стоит заметить, что мой друг смотрел так всегда и на всех.

– Привет, Мэл! – Я отодвинула лиса в сторону. – Я и не думала, что ты беспокоишься!

– Я не беспокоюсь, – холодно сообщил мне Мерандрэль Гиббиэль Торентунэль. – Я в ярости. Ты обещала обернуться за два дня, а оставила наедине с этим рыжим чудовищем на три!

Я взглянула на Пабло. Обернув лапы хвостом, он сидел у стенки и преданно смотрел на меня.