Чуду не слабо

Интересно, девушка у Юзова есть?

Рада невольно устыдилась своих мыслей, и коротко взглянула на девчонок, не смотрит ли кто, будто они могли прочитать, что за чепуха вертится в ее голове. Но Елка увлеченно таращилась на сцену, а Ника – на Алексея.

Рада почему-то психанула, будто только что, полминуты назад ее мысли не занимал совсем другой парень. Вообще-то в Алексея она туфлей попала, и не просто так, а на крещенское гадание, это, всяко, что-нибудь да значит! Чудова чего себе воображает?

Рада пересела прямо в самый край ряда, чтобы ударная установка оказалась напротив, и села нога на ногу.

Принялась поправлять волосы, улыбаться, пускать воздушные поцелуйчики. Но Алексей не обращал никакого внимания, так сосредоточился на своих барабанах, будто дороже их ничего не было. Ноги стучат, руки так и летают туда-сюда, палочка мечется по тарелкам, голова склонена вбок, вроде как постоянно к чему-то прислушивается. Боже, какой нелепый вид. Рада зевнула. Не показательно, тайком, чтобы никто не заметил. Но, пожалуй, надо придумать иное место для встреч с объектом своих желаний.

Когда репетиция подошла к концу, девушка вскочила на сцену и постаралась оказаться поближе к парню. Потрогала его палочки, пробежалась ноготочками по тарелкам, потом взгромоздилась на стул и нажала на педаль привода к бас-бочке. Услышала гулкое «бум» и захлопала в ладоши, словно только что совершила невозможное.

– Ты такой классный! – повисла на Алексее, ухватившись за его руку. – Самый классный! – уточнила, чтобы он понял наверняка.

– Леший, ты когда в следующий раз сможешь? – спросил Самойлов, кажется, Рада пропустила, о чем все договаривались, увлекшись неприкрытым женским пикапом.

– Он не Леший! – заступилась совершенно не к месту. – Что вы его все опускаете!

Ребята вытаращили глаза. В том числе и тот, кого, по мнению Рады опускали.

– Он теперь будет Алекс! – продолжила она, горделиво вскидывая подбородок.

– Ты зови его, как хошь, – хохотнул Юзов, дружески хлопнув героя момента по плечу, – а для нас он останется Лешим.

Кажется, Алексей был совсем не против прозвища и тоже рассмеялся. Раде стало обидно, но она постаралась не показать вида. Подумаешь! Хочется жить с кличками – пусть живут. А у нее своя жизнь и свои правила.

– И вообще, может у нас на другие дни планы. Да, Алекс?

Тот вытаращился на нее и покраснел. У него на лбу прямо явственно читались отговорки, которые он силился придумать.