Элуран

Иногда у Нино закрадывалась мысль, что эта комната была предназначена либо для того, чтобы спрятаться, либо для замуровывания неугодных людей – хотелось нервно хохотнуть от такого предположения. Была надежда, что это лишь глупые догадки и он просто зря себя пугает такими мыслями.

Вито шумно выдохнул и повесил фонарь на крючок, буквально выгрызенный из камня в стене. Это заставило Нино отвлечься от раздумий и оглядеться. Света масляного фонаря хватало, чтобы осветить каждый уголок комнатушки: никакой мебели, кроме одного единственного небольшого круглого столика, здесь не было.

Нино по привычке посмотрел на запястье. Он совсем забыл, что часы были на Вито.

– Сколько сейчас времени?

Вито посмотрел на часы.

– Без двадцати шесть, – хрипловато выдал старший и закашлял в кулак, пытаясь поправить голос.

Нино нахмурился и уселся на землю, не волнуясь о том, что брюки подцепят на себя пыль, уткнулся затылком в стену и поднял глаза вверх. Ещё двадцать минут ждать, да и то в лучшем случае.

Было опрометчиво назначать встречу на такое время и в такую дату, однако выбора у близнецов не было, тут сыграло злую шутку желание и занятость заказчика. Ничего не поделать, оставалось только не тянуть с передачей товара и потом бегом домой.

Послышалось тихое шебуршание за спиной Нино. Он напрягся, позади было только микроскопическое помещение, существование которого вызывало странные теории. Близнецы переглянулись, Нино медленно отполз от насиженного места и кивнул на место, где была комната.

На счёт три близнецы отодвинули дверь и в полумраке увидели знакомый женский силуэт. Напряжение тут же улетучилось.

– А вы знали, миледи, что так пугать людей нельзя? – с широкой улыбкой чуть ли не пропел Вито, положив руку на плечо девушке и без всякого труда вытянув к себе. – Да и когда вы спрятаться успели, скажите?

Девушка дёрнула плечом, скидывая с себя ладонь, не глядя прикрыла проход в помещение, где она пряталась, дверью-стеной. Вито точно мог сказать, что Мириам злится, видно по глазам, сверкающим из больших прорезей маски.

И точно мог поставить на спор пять корнов, что это создание сейчас недовольно кривит губы и кусает их в кровь. Валенти никогда бы не дали этой девушке тридцати лет, каким-то образом она умудрялась сохранить редкостную миловидность лица.

– Прекращай со своим нарочитым «вы», – Мириам отстранила от себя склонившегося над ней Вито, – с твоей наглой физиономией это выглядит смешно.