Элуран

Но всё равно, ты же ведь хороший парень и потерпишь столько? – Он чуть пихнул плечом южанина и вскочил с кровати. – Да и будет печально, если ты потерпишь отказ, когда предложишь ей встречаться. И, кстати, её отец достаточно неприятный человек, по крайней мере при взгляде на несимпатичного ему человека такую рожу состроит, будто бы тот у него что-то украл и он про это знает.

Взяв со стола платок, Александр принялся на ходу его завязывать на лице, протискиваясь через Вито, который загородил выход из комнаты.

– Очень незаметный намёк на самого себя, знаешь ли, – тихо пробурчал Нино, глядя в сторону коридора, где Александр и исчез. – Да и без разницы, какой отец, я же не с ним встречаться буду, в конце-то концов.

– Это тебе так только кажется, глупенький Нино. Как только отец прознает, что за его драгоценной дочуркой ухаживает юноша – спокойствие пропадёт бесследно, будто его и не было вовсе. Сам понимаешь, могут и по шее дать, если с дочкой что-то случится. Да даже если и не случится ничего дурного, то никто не отменяет возможности быть побитым кем-то в подворотне по заказу этого самого папаши.

Всё-таки отцам много что не нравится в ухажёрах дочерей: голос, происхождение, финансовое положение, внешность… этот список можно продолжать ещё очень долго, но это слишком утомительно, – Вито накинул на плечи пиджак и прислонился к косяку. – Так что лучше каким-нибудь образом завоевать доверие отца или её матушки, если та будет против подобных встреч, а ещё есть неплохой вариант – просто не попадаться ему на глаза, но это совсем неэффективно: вскоре вам всё равно придётся встретиться, а встреча может оказаться полным провалом.

Нино шумно вздохнул, сгрёб все подушки и одеяла, имеющиеся на двух кроватях, и обложился ими со всех сторон для большего удобства.

– Ты говоришь это с таким видом, будто в этом замечательно разбираешься и перевстречался чуть ли не со всеми девушками в Книттельдорфе, – Нино фыркнул, заворачиваясь в одеяло. На удивление, на втором этаже была приятная прохлада, пока на первом стояла изнуряющая жара.

 – И иди уже к своей Мириам, иди и не сварись в пиджаке.

Вито не стал отвечать на недовольное бурчание младшего брата и лишь махнул рукой в знак недолгого прощания. Удостоверившись, что письмо лежало во внутреннем кармане пиджака, Вито выскользнул из комнаты и спустился на первый этаж. В такое пекло вылезать из дома, а точнее только его второго этажа, не очень хотелось.