Хроники Джанфрокстона. Орден Крови

Убедившись, что со мной все ещё в порядке, Лиза ушла, а я налил себе стакан водки и выпил залпом. С одной стороны, я хотел успокоиться и прекратить думать о вампирах. С другой же, я хотел проверить себя ещё одним способом – вампиры совершенно не переносят крепкий алкоголь. Ничего не произошло. Я не стал монстром. Это меня несколько успокоило. Но ещё несколько дней мне не давали покоя мысли о Гринвальде. Я думал о том, зачем он вообще меня искал, что он хотел, почему он возлагал надежду на меня, моего отца или Алекса и как он связан с семьёй Блэквульф.

В свою следующую смену я вышел на работу уже не таким весёлым и беззаботным как обычно. Лиза сразу же поинтересовалась, все ли со мной нормально. Я в ответ только кивнул. Остальные ребята не знали, что произошло со мной и Лизой, поэтому вопросительно поглядывали на нас. Мы старались избегать лишних разговоров. Поэтому даже начал ходить слух, что мы с Лизой переспали. Некоторое время спустя, когда мы с Лизой малость отошли от случившегося и начали вести себя как обычно, парни даже спросили меня, правдивы ли слухи.

Я сказал, что между мной и Лизой ничего не было. Хотя сам начал задумываться о том, чтобы предложить Лизе встречаться. Я был единственным, кто знал правду о ней. Она пила мою кровь. Тот вечер сблизил нас. И Лиза нравилась мне как девушка. Она симпатичная, умная, весёлая. С ней легко общаться. Пару раз я провожал Лизу до дома после работы. Она жила Миднайте и идти нам было по пути. Но вот пригласить её на полноценное свидание я так и не решился.

Я проработал в пиццерии довольно долгое время. И все это время я продолжал общаться только с местными ребятами. На мой день рождения мы даже устроили неплохую вечеринку. Тогда мне пришлось постараться, чтобы привести квартиру в порядок и даже навести красоту. В этом пригодились заклинания, которые мы с Алексом учили в детстве. После отъезда из Сигрина я перестал пользоваться магией. Я чувствовал вину за смерть Алекса. Но сейчас мне стало спокойнее, я начал забывать о том, что натворил, а потому и забил на свой запрет самому себе.

В день рождения мне впервые за столько месяцев позвонила Маша. Она поздравила меня, расспросила как я живу. Я был рад слышать её голос. В тот момент, я понял, что соскучился. После этого она стала звонить чаще. Она рассказывала, что дома все хорошо. Дима нашёл работу где-то в крупном городе Талеслэнда. Мои родители постоянно спрашивали у Марии как я, но я лишь отмахивался словами, что все нормально.