Песнь уходящего лета

 – Я живу недалеко от маяка, спросишь дом Бекасовых, тебе подскажут. Если попадёшь в затруднительное положение, пожалуйста, не строй из себя гордую и независимую, я помогу, чего бы это не было.

– Спасибо, конечно, за предложение, но я сомневаюсь, что у меня могут возникнуть ситуации, когда мне потребуется ваше участие!

Я отворачиваюсь и направляю взгляд в окно.

– Обиделась? – хмыкает мужчина.

Протягивает руку, и у меня перед лицом оказывается «Киндер-Сюрприз».

– Что это? – хмурюсь я.

– Вкусный молочный шоколад и игрушка, – говорит Павел Александрович словами из рекламы.

 – Разве большие девочки перестают любить киндеры?

На его лице неподдельное удивление, и это вызывает у меня улыбку. Я принимаю яйцо, раскалываю на две части и тут же вскрываю пластиковый контейнер. Мне на ладонь падают фенечка из бисера и тонкое кривоватое колечко с плетённым из бисера неказистым цветком.

– Ого, Павел Александрович! – восклицаю я, и он отрывает взгляд от дороги, переводя его на меня. – Да вы дамский угодник! Шоколад, украшения… Просто стопроцентный способ сразить невинную девушку наповал!

Глаза мужчины округляются, и он закашливается.

А до меня вдруг доходит, что именно я только что сказала. Какой стыд!

Я пожёвываю губу, чтобы не расплакаться от досады. Какой же неловкий момент!

– Я весьма и весьма польщён, Машенька, что такая юная особа всё ещё способна проявить ко мне интерес… Несмотря на очевидную разницу в возрасте, – он подмигивает мне. – Старикам вроде меня иногда полезно взбодриться…

– Вовсе вы не старый! – вырывается у меня, и я заливаюсь румянцем.

 – Вы сильный, мужественный и привлекательный…

Я прикусываю язык. И так наболтала уже больше некуда. И сколько ещё могу!…

Там и невероятные синие глаза, и стильная стрижка густых тёмных волос, и лёгкая небритость, и крупные кисти рук с выпирающими венами, грубая кожа ладоней, и обветренные губы, изогнутые в кривой улыбке, и даже глубокая морщина, пролегающая между бровей…

Раньше мне и в голову не пришло бы засматриваться на такого взрослого мужчину.

Сколько ему? Лет тридцать пять? Моему папе скоро сорок два, и он единственный мужчина, которого я до сегодняшнего дня считала красивым. Но теперь Павел Александрович захватил ветку первенства в моём личном рейтинге.

– Спасибо, Машенька, – тихо врывается в мои мысли рыцарь Павел. – Мне правда очень лестно, но, пожалуйста, будь осмотрительнее в другой раз. Ты никогда не можешь предугадать, что за человек рядом.