Восемь артефактов для некромантки

– Госпожа! У меня больная мать и трое младших братьев, я не мог отказаться от денег, – он чуть не обхватил ноги Эйлис руками, но она сделала шаг назад. – Вилмос Тиборк тут всем заправляет, ему не нравятся посторонние.

– Ты хотел отвести меня к тому, кто желает моей смерти? – уточнила девушка ласковым голосом, от которого несостоявшийся провожатый задрожал – в глазах мальчишки блеснули слезы.

– Мне не сказали, что будет, – заскулил он, упираясь лбом в грязную дорогу, замощённую деревянной брусчаткой.

– Есть кто-то из местных, с кем этот Тиборк не связывается? – спросила Эйлис, наклонившись. – Мне скупщик нужен.

– Только если к Мерти пойти, но он не со всеми работает, – парень поднял заплаканное лицо и дёрнул плечом. – Его лавка на соседней улице, но её так сразу не определить. На крыше медный котелок висит, а на дверях око предвестника начертано.

– Скажешь Тиборку, что не успел, и я в портал ушла, – посоветовала Эйлис, распрямляя спину.

– Так ведь видели нас, госпожа магичка, – возразил малец, прислушиваясь к заливистому лаю дворняги.

– Ну, хочешь, синяк тебе поставлю? – растерявшись, спросила Эйлис – бить ребёнка ей совсем не хотелось. – Скажешь, что заподозрила и сбежала.

– Синяка мало. Может хоть руку сломаете? – парень посмотрел на некромантку с такой надеждой, что она невольно передёрнула плечами.

Вместо синяка и переломов Эйлис обошлась тем, что связала мальчишку и оттащила его в укромный уголок. Лавку скупщика она узнала сразу, но войти решилась только спустя несколько минут. Как только дверь за спиной закрылась, внутри помещения зазвучал колокольчик, оповещая хозяина о посетителе.

– Некромантка. Молодая. Смертью Поцелованная, – пробормотал себе под нос торговец, вынырнувший из подсобки, и низко поклонился.

– Как вы узнали, кто я? – после странного разговора с мальчиком Эйлис везде мерещился подвох. А то, что тот направил её сюда, тоже могло быть ловушкой.

– Мерти давно живёт на свете. Мне довелось увидеть Поцелованного в деле, – старик широко улыбнулся, блеснув золотым зубом, и снова поклонился.