Ника, Эрн и осколки кружев

Глава 8

– Занятно, – с показной небрежностью бросил Динстон Гордиан от дверей и мрачно посмотрел на вздрогнувшую сестру. – Я планировал отправить тебя домой вместе с женихом и его братом, а теперь и не знаю, как поступить.

– Вот уж не поверю, что ты не просчитал все варианты, – буркнула Моника, придя в себя после неожиданного появления брата. Она почему-то решила, что Иге проведёт Динстона через потайную дверь, но оказалось, что конспиративная квартира Лиги имеет несколько входов и выходов. Глянув на Иге с некоторым сомнением, Ника повернулась к брату.

– И правильно сделаешь, – съязвил Динстон, обвёл взглядом комнату и усмехнулся. Да уж, помолчать и вправду стоило, но не сейчас, а четверть часа назад, когда Моника начала выяснять отношения с женихом при посторонних. – Настало время сбросить маски. Для начала я хотел бы узнать, что побудило вас, инор, поставить клеймо на мою сестру.

– Сестра? Так она тоже бизар? – вполне натурально удивился Кайдо, но Моника ему не поверила – слишком уж он старательно изображал замешательство. – Это меняет дело, но не отменяет клеймо. Моника отныне мой ученик – пока она не завершит обучение, я не имею права отпустить её.

– Причина, – нетерпеливо щёлкнул пальцами Динстон. – Я хочу знать, почему вы выбрали её.

– Всё просто – метка на ауре уже стояла, – ответил наёмник, покосился на Монику, притворившуюся, будто изучает стену в поисках скрытого рычага и совершенно не слушает их диалог.

– Метка? – нахмурился бывший военный советник Кадарии, прищуренным взглядом вгляделся во что-то над головой девушки и вздохнул. – Я думал – это происки моих врагов. Никак не получалось вытравить эту гадость.

– Великая честь получить такую метку ещё до встречи с будущим наставником. Кайдо не мог пройти мимо, – проскрипела Иге, уже не скрывая своих умений за старческими лицом и телом – она выпрямила спину и ловко покрутила между пальцев кинжал.

– А что насчёт вас? – Кайдо почесал шрам ногтем и махнул рукой Иге. Старуха тут же скрылась за самой обычной дверью в соседнюю комнату. Моника сбилась со счёта, пытаясь предположить количество тайных и явных дверей в этой с виду обычной квартирке. – Кто из ваших родителей перевёртыш?

– Мать. Джола Наварро, дочь Петри Наварро, – угрюмо ответил Динстон и пожал плечами на вопросительный взгляд сестры.