Ника, Эрн и осколки кружев

К тому же, Эрнард утверждал, что здесь с магией не особо ладят.

– Эта штучка может защитить от магической атаки? – переспросил Тонд, переглянувшись с Конрадом. – От любого боевого заклинания?

– И не только боевого. Обездвиживание, немота, подчинение, – заявила довольная произведённым эффектом Ника. – Зеркало отражает и рассеивает их. Даже магического следа не останется.

– Настоящий артефакт, да ещё и с защитой от магии! Тонд, у тебя золота не хватит! – воскликнул Заки, вырвавшись вперёд и уставившись на зеркало в руках девушки.

– Закрой рот, идиот! – прошипел Тонд, сузив глаза и сжав челюсти.

– Так что? Подойдёт моё зеркальце в качестве залога? – с самым невинным видом спросила Моника, притворившись, что не заметила явного намёка на исход дуэли. – Оно дорого мне как память о лучшей подруге. Если вас оно не заинтересовало, что же… тогда и говорить не о чем.

– Постойте, инорина. Ваше предложение настолько удивило меня, что я не сразу нашёлся с ответом, – быстро сориентировался хозяин подпольного дуэльного клуба. – Конечно же, ваша ставка принимается. В случае проигрыша, вы получите пару сотен золотых – этого хватит на приличную одежду и билет до столицы.

– А может мне будет выгоднее просто продать артефакт, а уже потом делать ставку? – проговорила девушка вполголоса, будто бы ни к кому не обращаясь. Затем посмотрела в жестокие глаза Тонда, нацепила на лицо безобидное добродушное выражение и улыбнулась.

– Вот и славно! Заки, отдай инорине свою шпагу, всё равно машешь ей словно дубиной, – распорядился Тонд, даже не поинтересовавшись, умеет ли Моника обращаться со шпагой. Но девушка понимала, что для хозяина подпольного дуэльного клуба было бы лучше, если бы она вообще никогда не держала в руках оружия. – Ну вот, теперь и на арену можно! Идёмте, я представлю вам своих лучших бойцов.

Заки был прав – и Марко, и Кайдо оказались устрашающего вида мужчинами, явно имеющими навыки фехтования не в шуточных дуэлях, а в смертельных схватках. Марко с виду не представлял опасности: маленький, щуплый и будто бы угловатый, но Моника видела, что его движения хоть и скупы, но отточены, а мышцы натренированы. На губах мужчины змеилась холодная улыбка, а во взгляде, брошенном на Нику, читались жестокость, хитрость и непреклонность.