Вырай. Триединство

 – Сколько в этот рюкзак влезет, как думаешь?

Веня подёргал себя за пятак:

– Ну, тыщ триста. Или он полупустой? Тогда пятьсот, если хорошенько утрамбовать.

– Согласен. Значит, через двое суток я опять тебя призову. – Слава встал с табуретки. – Всё, Веня, покедова.

– Стой, умник, – проблеял козлоногий. – А договор? Я за бесплатно не работаю.

– К слову о доверии, – усмехнулся искатель. – Ладно, ничего неожиданного. Что ты хочешь за услугу?

– Как что? – картинно удивился чёрт. – Душу!

– Хренушу, – отмахнулся Славка.

– Твоё предложение?

– Пойду к тебе в услужение. На неделю.

Веня хрюкнул и с умилением прижал лапы к волосатой груди:

– Ты серьёзно?

– Конечно.

– Великолепно! – закружил внутри защитного круга чёрт. – Мечта любого демона – живой раб, добровольно отдавшийся! – остановился и озабоченно проблеял: – Только недели мало. Давай на год.

– Сдурел? – Слава покрутил пальцем у виска. – Я что, не знаю, что до конца срока вряд ли доживу? Неделя!

– Десять месяцев!

– Неделя, родной, и ни секундой больше.

– Тогда я пошёл. Давай, стирай линию, у меня дел невпроворот. Ищи другого дурачка за такую цену.

– Хорошо, две недели.

– Тю! Ни за что!

В таком ключе спор продолжался не меньше получаса. Конечно, Слава мог согласиться на любой срок – был у него козырь, о котором Марина вычитала в недавно открывшихся страницах древнего фолианта, но быстрое согласие могло выглядеть подозрительно, а Славка отдавал должное талантам чёрта.

Сошлись на пяти месяцах. Отсчёт начинался с момента, когда освобождённые Марина и Максим окажутся в Вырае. Невообразимо довольный Вениамин вытащил откуда-то из-за спины лист бумаги, пошептал над ней, дождался, пока проявятся огненные буквы и протянул Славке:

– Кровью, пожалуйста.

– Два дня, свинорылый, – Слава измазал лист кровью и прижал к ране на ладони салфетку, пропитанную алкоголем. – У тебя два дня.

Едва целостность круга была нарушена, Веня исчез. Славка с облегчением вздохнул и собрал свечи.

Чтобы выйти на маршрут, ведущий к людскому поселению, поначалу снова пришлось оказаться на берегу. Призраки машин по-прежнему двигались в тоннель, из которого теперь, ночью, слышалось довольное мурчание.