Сод

 – Значит, после буденовцев стало получше?

– Да. Оно, собственно, и было неплохо, но когда они появились, я стала видеть и кое-что красивое… иногда.

…Они с мамой поехали на Юг, к морю – каким-то чудом маме достались две путевки. Место было довольно прозаическое, равнинное, но Эри почти каждый вечер видела по дороге с пляжа, когда они шли в корпус пансионата, одну и ту же картину: ущелье, поросшее хвойным лесом, горные вершины в белых снеговых шапках, а там, дальше, за ущельем – огромное и спокойное море, с золотой солнечной дорожкой в самом центре.

– Я рассказывала про эти горы маме, а она смеялась, и говорила, что я фантазерка. Потому что там не было никаких гор. Евпатория, какие горы? Отродясь их там не было. А я видела. Очень красивая картина, и каждый раз чуть иная, то есть она… как бы это сказать… она была живой, понимаете? Не фотография, не изображение. И всегда на одном и том же месте. Мама утверждала, что там степь, и что море вообще с другой стороны. А я видела… ну, вот это всё. Странно, правда?

– Да, странно, – согласился Ит.

Эри кивнула.

– На Окисте таких пейзажей полно, – заметил Скрипач. – Там этих гор, причем свежих, интервентами не грызенных, завались.

– Кем не грызенных? – не поняла Эри.

– Да есть такие конклавы, которые в мирах низкого уровня добычу устраивают, – объяснил Скрипач. – Прилетают армадой, загоняют технику, и добывают. А потом по тем местам – то моря мелкие, то пустыни, то впадины, то еще черти что.

– А кто борется? – с интересом спросила Эри.

– Официальная служба. У вас, как мне кажется, тоже добывали что-то. Обычно на карте хорошо видно, где были участки работ, – пояснил Ит. – Рудный комплекс, или комплекс для добычи редкоземельных элементов, он с хороший город размером бывает. А то и с несколько городов. Технологии достаточно примитивные, планету они калечат, но…

– Не увлекайся, – попросил Скрипач. Ит согласно кивнул.

– Ага.

– А что еще? – Ит снова повернулся к ней.

– Сны. Очень яркие сны, совершенно реальные. Только… Ит, можно, я потом расскажу? – попросила она. – Просто я боюсь…

– Чего боишься? – удивился Ит.

– Я не хочу плакать, – Эри опустила взгляд. – Почему-то, когда я говорю про это вслух, я иногда плачу. Когда пишу или просто думаю – нет. А когда проговариваю – да. Не знаю, почему так получается.